Дело Чести, или Семь дней из жизни принца

– Конечно, вы хотите выгородить этого негодяя и вора, чтобы не позорить свою державу. Но я вам не позволю, вы слышите, не позволю скрыть это преступление! – подскочила она.

– Мона Нидария, мы искренне сочувствуем вам и разделяем ваше возмущение. – Недотрога мягко, но настойчиво выпроваживала Сушёную Жабу за пределы комнаты.

Эмоции били ключом. Чтобы такое разбить?

- Смею вас заверить, что приложу все возможные усилия, чтобы справедливость восторжествовала, – продолжала увещевания Недотрога. – Мы глубоко благодарны вам за оказанную помощь.

..

За дверью слышались затихающие голоса и шаги, а маленькая книжечка в кожаном переплете лежала на кресле и требовала к себе внимания. Разве я мог ей отказать? Было страшно любопытно, что именно записала эра. Сам я не делаю записей допросов, нас с детства учили развивать свою память. К тому же записи выдают ход мыслей. Я перевернул книжку страничками вверх и увидел написанное немного корявым подчерком:

"Того, кто достиг

Совершенства, труден путь:

Сброд под ногами

шатается и небо

за корону цепляет"

Ню-ню.

А ведь как правдоподобно изображала понимание и сочувствие!..

...Вернулась Недотрога вместе с обвиняемым.

– Тагард, расскажите нам, что тут происходит, – начал я, когда все расселись.

– Эрус Веранир, эра Кейлинэ, для меня большая честь находится здесь сейчас, – пафосно начал тот. – К сожалению, эта встреча вызвана пренеприятными обстоятельствами – в доме моей невесты меня несправедливо обвинили в краже.

Я уверен, что вы найдете возможность доказать мою невиновность.

– Что именно произошло, и почему обвинения пали на вас? – продолжил я допрос.

– Нидария по какой-то причине категорически против свадьбы. К счастью, монир Тойз перед отъездом в столицу успел благословить брак. Так она решила пойти другим путем: подставила меня. Обстряпала всё так, будто бы я украл у неё какой-то там кубок.

– Это вы про Чашу Геймора? – полюбопытствовала Недотрога.

– Вот-вот, я даже запомнить его названия не могу.

Зачем мне его воровать? Тем более рано или поздно он всё равно достанется мне. Ливи – единственная наследница.

– А может, деньги вам нужны прямо сейчас? – предположил я.

– И что, эта штуковина много стоит? – ответил он вопросом.

– Не знаю, сколько точно, но сумма приближается к сотне тысяч.

В глазах Тагарда зажёгся алчный огонь.

– Ну хоть понятно, из-за чего эта старая карга подняла такой хай, – буркнул он.