Дело Чести, или Семь дней из жизни принца

– Да, на того Грэйди, которого знала я, это непохоже. Но люди иногда меняются, эрус. – Недотрога оторвала взгляд от осеннего пейзажа за окном, вернув его мне. – Особенно, когда к ним приходят деньги. Много денег. Я не утверждаю, что он изменился, но ведь мог измениться, согласны? Вообще, всё это дело как-то дурно пахнет, – сморщила она нос. – Мне не понравилось всё, что я здесь вчера увидела. Мне не понравилось всё, что я здесь сегодня услышала. Если честно, мне в принципе в этом браке что-то не нравится...

– Мне в браке вообще ничего не нравится, – поделился я.

– А с чего бы вам что-то нравилось в браке? – хмыкнула принцесса. В её чайных глазах мелькали отблески последнего осеннего солнца. – Мы с вами и наши матримониальные отношения – разменная монета в политических играх.

– Ну зачем же так, принцесса. В нашей семье принято вступать в брак по любви, – возразил я.

– О да! Но желательно, чтобы это была любовь к венценосной особе, – в словах Недотроги слышалась не то горечь, не то сарказм.

– Вы не верите в любовь к венценосным особам?

– Я верю в любовь.

Но боюсь, что к моему браку она не будет иметь никакого отношения.

– А как же надежда?

Я подошел к ней, опустился на колени и изобразил самую трогательную из своих мин. Вот он, подходящий момент: момент откровения, единения, сочувствия. Я остановил свой взгляд на её губах, затем чуть потянулся вперед и закрыл глаза...

– Эрус Веранир, вы со мной заигрываете, или мне показалось?

Голос Недотроги прозвучал как-то неожиданно.

.. Ну что ей еще надо?

– Я вам не нравлюсь, Кейли?

Глаза мне пришлось открыть.

Недотрога улыбнулась:

– Вы себя в зеркале видели, Ранир? У меня тоже глаза есть. Конечно, вы мне нравитесь. Вы очень красивы...

Да, я такой.

-...В вас чувствуется ум, сила и уверенность в себе...

Да-да-да, продолжайте...

– ...Вашим телом можно любоваться бесконечно...

Не могу спорить с очевидным...

– ... Вы – безупречный, смертоносный хищник, который точно знает, чего хочет, и точно знает, как это взять, – она сделала паузу.

– Но я не люблю чувствовать себя дичью. Простите, – развела она руками. И в её взгляде не было ничего, кроме сожаления.

Хм. Мне только что отказали. МНЕ. ОТКАЗАЛИ?

Причем отказали так, что и возразить нечего.

Я бродил по дому, обдумывая наш разговор. Вроде и слова все красивые. Но почему же я чувствую себя как оплёванный?..

– Скучаете, Ранир?

Я настолько углубился в свои мысли, что не заметил, как подошла Равелисса.