Аристократка в академии некромантов

Застегнула перед зеркалом жемчужные пуговки чёрной шёлковой блузы (и выбрала я её не потому, что ректор заявил про свой любимый цвет, конечно же нет), зашнуровала широкий пояс юбки, расправила складки и, щёлкнув пальцами, высушила волосы. Они рассыпались по плечам крупными локонами, пришлось собрать их на затылке заколкой в форме ракушки.

… пронзительный стук заставил меня вздрогнуть. Выронила из рук румяна и негодующе уставилась на дверь.

– Кто там?

– Открывай, ведьма! Зачем заперлась? – раздался насмешливый голос ректора, вынуждая меня бессильно скрипнуть зубами.

– Я ещё не готова, мне нужно пару минут. Ступайте, дорогу до полигона найду самостоятельно, – заверила, поднимая банку с румянами с пола.

– Открывай. Разговор есть, – уже серьёзно произнёс ректор, и я заподозрила, что дело касается Коуэлла.

Ещё раз убедилась, что застегнула блузу, и подняла засов.

– Входите, – произнесла любезно, впуская некроманта в дом.

Он задержался на пороге, удивлённо присвистнув.

– А тут явно что-то изменилось.

Сделала перестановку? – поинтересовался беспечно, вскинув хищную бровь. – А говорила бытовые основы не изучала. Маленькая лгунишка… – хитро протянул и сунул мне в руки бумажный пакет.

– Что там? – спросила подозрительно. – Сердце вурдалака? Очередная слизь?

– Почти, – хохотнул ректор, проходя в дом. Заглянул под кровать и сел на неё. – Ты говорила, что голодна, а я чисто случайно захватил из города пару «улиток» с сыром. Попробуй, это невероятно вкусно.

Недоверчиво открыла пакет и заглянула внутрь.

И правда, выпечка… Может, отравить меня решил? Нет, вряд ли, у него нет мотива. Пока нет…

Сдоба была ещё тёплой, по дому стремительно разносился её восхитительный аромат. Как бы нежить со всей округи не сбежалась. Интересно, а мертвяки любят булочки?

Положила румяна на комод и сходила в кухню, чтобы вымыть руки. Выложила сдобу на тарелку, налила чай. Ректор терпеливо ждал, пересев в кресло. Поставила поднос на низкий столик и опустилась в соседнее.

– Рассказывайте, – произнесла, подобрев.

Как легко оказывается меня умаслить: пара булок и я уже готова внимательно слушать, больше не раздражаюсь и почти забыла обо всех наглых выходках некроманта.

Он потянулся, взял фарфоровую чашку за маленькое «ушко» и поднёс к губам.

– Коуэлл подал на тебя жалобу. Сказал, ты применила по отношению к нему физическую силу, а ещё угрожала…

Я подавилась и закашлялась. Постучала себя ладонью в грудь, схватила чашку и едва не обожглась кипятком.