Дневник Маргариты Книга I

Сколько угодно можно фантазировать, и бить себя пяткой в грудь, уверяя всех и вся что другой мир, измерение, планета лично для вас не проблема. Жизнь учит — что реальность вещь суровая, в отличии от иллюзий. Для начала попробуйте представить, что, вы в другой стране застряли без денег, родных, языка и всего прочего — скажете, что не запаникуете? Да, не поверю!

Кстати, проблема незнания местного языка разрешилась сама собой к моей радости, хоть и не с первой минуты моего пребывания тут, но всё же весьма оперативно и без усилий с моей стороны.

После того как я и моя новая, старшая сестра наплакались вдоволь (каждая о своем) я уставилась в бревенчатый потолок, силясь понять, что за труха на меня оттуда время от времени сыпется. А сестрёнка, порхала неугомонным воробушком возле печи, и без умолку что-то рассказывала, причем именно мне. И так эмоционально это у неё получалось, что я по неволи прислушивалась к её щебету. В начале, я не понимала ни слова — пыталась переводить, вызвать какие-то ассоциации (заработала головную боль), но понять хоть слово не получалось. Я смерилась с этим прискорбным фактом, стала воспринимать голос сестры как звуковой фон, как радио в машине. И погрузилась в раздумья о том, как выучить чужой язык без учебника и учителя и тут в голове вспыхнуло:

— Ты меня слушаешь?

Я аж вздрогнула. Это ведь мне — спросила я себя, и, повернув голову, уставилась на сестру. Она смотрела на меня, внимательно, и опять:

— Ты меня слушаешь?

Точно мне! Я закивала и, кажется, перестала дышать.

Сестра, убедившись, что привлекла моё внимание, улыбнулась и вернулась к своим плошкам, поварёшкам и прочей кухонной утвари. Снова начала что-то говорить. Я заставила себя успокоиться и вслушаться в её речь. Говорила она торопливо, голос был звонким, речь журчащей, певучей и гласные сильно растягивались. И снова ничего. Не понимаю. И вдруг опять, словно искорки стали вспыхивать знакомые слова:

— Ты .... А мы... подумать только.

...

Я выровняла дыхание (сердце колотилось как бешеное) и сосредоточилась на своих ощущениях, не пытаясь думать о том, как бы всё это звучало на русском. И о чудо — сначала урывками и отдельными словами, а затем целыми фразами и предложениями чужая речь становилась понятной для меня.

— Ужас какой!!!!! Ты не представляешь Иллия, что мы пережили, когда вы пропали!!!!!

Весьма чётко различила я смысл сказанного. А Иллия — это, по всей видимости, моё имя.