Невеста №5

Настолько сильно, что я начала её опекать, стараясь помочь адаптироваться к новой свободной жизни без принуждения и наркотиков.

Инга была чуть старше меня, и потому, наверное, мы довольно быстро нашли с ней общий язык. Она-то и поведала мне про божественный артефакт, хранящийся в её стае. И про своего вероломного любовника Акиллара Рурка, как и про законного супруга, который выгнал неверную жену не только из дома, но и из стаи чёрных «ящеров», бедная девушка тоже рассказала.

Я всегда подозревала, что мужики — козлы (кроме папы, естественно), но эти двое — особый случай! И хотя вина Инги в сложившейся ситуации тоже очевидна — ведь именно она изменяла мужу с вожаком другой стаи, причём, насколько я поняла, делала это «ящерка» многократно — то, что сотворили с ней два бесчувственных зверолюда — настоящее свинство!

Узнав о прелюбодеянии, муж избил Ингу до полусмерти, опозорил перед всем чёрным кланом и велел убираться вон.

А любовник, вместо того чтобы вступиться за неё, дал бедняжке денег и посоветовал покинуть Гримшер, пока муженёк не надумал повторить экзекуцию.

Был этот «ящер» в своей стае далеко не рядовой фигурой, ещё и дружбу с вожаком водил, а таким, как водится, закон не писан. Акиллар же, несмотря на власть и силу, сосредоточенную в его руках, предпочёл откупиться от неугодной пассии, вместо того чтобы испортить отношения с чёрной стаей.

Поступок, достойный похотливо-трусливого кобеля, а не волка!

Чем больше я общалась с Ингой, тем сильнее проникалась её обидой и ненавистью к обоим бьёрнам, повинным в злоключениях бедной девушки.

Деньги пусть не скоро, но закончились, нормальную работу найти она, привычная к богатой и сытой жизни в доме, полном слуг, найти не смогла. Находясь на грани нервного срыва, попала в лапы мошенников, заманивающих женщин, угодивших в сложную жизненную ситуацию, лёгким заработком.

Так бьёрна и оказалась в том жутком борделе, где мы её нашли. К счастью, от наркотической зависимости она вскоре избавилась — регенерация у зверолюдов куда лучше, чем у людей.

И даже устроилась в детскую художественную школу учителем. Сама я за её успехами не следила — нас с ребятами через месяц перевели обратно в столицу, где мы и дорабатывали последние месяцы нашей стажировки. Но фотографии Инга присылала регулярно, поддерживая со мной общение на просторах всемирной сети.

И хотя в последнее время мы переписывались всё реже, про дары богов, о которых разболтала «ящерка» я по-прежнему помнила.