Одинокий демон. Чёрт-те где.

Кажется, тут становится жарковато. Не пойти ли нам в тенек? – предложил я.

Солнце действительно припекало без всяких фантазий. В чистом небе не было ни облачка, и ничто не мешало ему изливать на землю свет и тепло.

Какое голубое небо! - я задрал голову к зениту. - Эх, сейчас бы распахнуть крылья и махануть бы прямо с башни вверх, к солнцу! Как же уже давно я не летал!

– Хорошо, пойдем, – согласилась Эда. – Куда ты хочешь?

– Хочу посмотреть, как там у меня убрались в комнате, вроде уже должны были закончить, – ответил я.

– Ты навел порядок у себя в комнате? Не может быть! Я тоже хочу посмотреть!

– Идем. – пригласил я.

И мы пошли. Эда впереди, я на своих хитро заплетающихся ногах за ней. Спустились по лестнице башни, мимо кайфующего в холодке наблюдателя с горном, минули пару коридоров, свернули несколько раз и оказались перед воином, охраняющим мою комнату.

– Прошу! – пригласил я и распахнул дверь, пропуская сестру вперед.

Комната сияла свежевымытыми окнами, пахла влажными деревянными полами и чистым бельем.

Из воздуха исчез запах помойки и ношеной одежды.

М-да... аскетичненько так.

Я вновь оглядел обстановку. Особенно удались серые каменные стены. Интересно, а обшить их деревом, - недосуг было? Наверно, тут очень «уютно» зимними вечерами... Или здесь зимы не бывает?

А это ещё что? - мой взгляд упал на мольберт, сиротливо стоящий в углу комнаты. - Откуда он тут взялся? Его что, - служанки из-под тряпья выкопали?

Я подошел к мольберту.

К нему был приколот лист бумаги, причем уже, видно, давно, поскольку выглядел он пыльным и посеревшем. На листе был начат рисунок – одинокий путник, идущий по дороге к горизонту. Была какая-то печаль в слегка ссутулившейся фигуре, в линиях, обозначающих закат...

Что-то знакомое. Где-то я это уже видел... Только вот тут нужно не так!

Я взял с полочки мольберта грифель и провел им по рисунку, поправляя линию. - И здесь...

Я вздрогнул, когда мне сзади на плечи легли две легкие ладошки.

– Эри, ты снова будешь рисовать? – спросила меня сестра, разглядывая рисунок из-за моей спины.

«Рисовать»?! Я?! Я никогда этим не занимался!

– А я всё твои рисунки сохранила. – продолжила между тем говорить Эда, не видя моего замешательства.

– Возможно... – уклончиво ответил я, пытаясь справиться с растерянностью от неожиданно открывшегося таланта.

– У тебя так хорошо получалось. А потом ты всё забросил, занялся своей магией...