История одного гоблина: Символ веры

Признание шаманов явно не добавило им оптимизма.

– Тогда спать, – резюмировал орк и сплюнул на пол.

Все с мрачными рожами поплелись на боковую.

– Вечно эти вещуны напустят туману, – бурчал себе под нос Михель, уходя в свою палатку, – а порядочным людям читай всю ночь мантры, чтобы уснуть.

Впрочем, уже через десять минут от спального места человека донесся богатырский храп, дружно подхваченный большей частью лагеря. Звуки далеко разносились во влажном ночном воздухе, и Каввель обреченно схватился за голову.

Спрятать расположение такой стоянки можно разве что от абсолютно глухих и слепых. Оставалось надеяться, что злобный некромант не догадывается об их экспедиции.

Гарб и Рэкс тем временем в своем шалаше попытались установить, куда подевался пропавший призрак. Перепробовав четыре вида гаданий и восемь поисковых заклинаний, Рэкс посмотрел на своего коллегу и отрицательно покачал головой.

– Нет, друг мой, ваш компаньон будто исчез из этого мира, хотя какие-то следы определенно сохранились.

– Зная этого хитрющего морока, не удивлюсь, если он просто открыл портал и переместился в другой мир, бросив нас на орочий произвол, – согласился Гарб, хотя интонации в его голосе говорили скорее о тревоге за судьбу компаньона. – Непутевый он. Точно, как Михель сказал.

– Не переживай, – потрепал гоблина за плечо Рэкс, – найдется.

***

Отряд скелетов почти беззвучно окружил мирно спящий лагерь.

– Что там? – еле слышно спросил командир диверсионной группы.

Длинный кинжал в его белесой руке совсем не дрожал: скелеты не испытывают волнения.

– Дрыхнут почти все, даже часовые, – негромко клацнул зубами вернувшийся лазутчик.

– Шайка даунитос, – презрительно сквозь зубы процедил командир. – Действуйте по плану!

Тридцать воинов, на полированных костях которых плясали отблески пламени бивуачных костров, осторожно прокрались мимо похрапывающих часовых в самое сердце лагеря. Никто даже не заметил присутствия чужаков в охраняемом периметре, пока они сами не устроили переполох.

Котелок с водой опрокинулся на оставленный догорать костер полевой кухни.

Сразу стало намного темнее. Сквозь клубы пара к диверсантам вылезла проснувшаяся от шума старая повариха. Огромная орчиха зевнула и обрушила на незваных гостей потоки орочьей ругани. Скелеты попятились от скалки в ее натруженных ручищах и рассредоточились между палаток, сея смерть направо и налево среди заспанных зеленокожих.

Бам! Отскочила от гладкого черепа первая секира.