История одного гоблина: Символ веры

Я же проникну на рынок и разузнаю, где искать того орка или секиру. Если повезет, еще и козла куплю для нашего союзного призрака. Как думаешь, это нам как-то поможет?

– Этот проныра бывает полезен, – сказал минотавр.

– Хорошо. Если что, я загляну в Шеол. Ты же там всегда находишься рядом с телом?

Каввель кивнул.

– Замечательно.

***

Незадолго до рассвета минотавр спрятал доспехи обратно в торбу, затем застонал, упал на четвереньки и за полминуты принял облик ходячего жаркого с рогами. Гарб, как и условились, отыскал глухую ложбинку, в которую живое существо крупнее зайца отродясь не забредало, и там надежно привязал своего подопечного.

Чтобы бык не скучал, шаман нарвал травы и сложил ее к ногам скотины. Парнокопытное с удовольствием принялось уплетать подношение, а Гарб понаставил вокруг отпугивающих и защитных ловушек.

Острым ножом в мозг впивалась мысль, что не мешало бы как-то изменить облик, ведь вездесущие шпионы царя сейчас легко его опознают. От этой мысли в голову пришла следующая.

– Ради чего я вообще так рискую?

Гарб во всех подробностях мог представить свою судьбу в случае провала и вовсе не горел желанием соваться в пасть к воргам.

О них-то он в первую очередь и беспокоился.

Эти дальние родственники обычных волков обладают всеми преимуществами диких зверей, имея при этом почти гоблинский разум, нешуточные размеры и почти полную неуязвимость к магии. Царь всегда держал в столице парочку, чтобы они, свободно гуляли по городу и по запаху узнавали замаскированных чужаков.

– Ради дружбы? Да он меня прихлопнет, как комара, если я что-то не так сделаю.

.. Эх, а какая альтернатива? Оставить его здесь и бежать подальше от неприятностей? Если он догонит меня, то точно убьет. И там на рынке точно убьют, если узнают.

Для соглядатаев Гарб сначала нарядился в то, что Каввель извлек из мешка. Получился типичный гоблинский шаман. Таких в столице пруд пруди.

– Ерунда получается, – подумал он. – Искать будут в первую очередь шамана, который прячет морду под маской.

Гарб снял маску, а одежду вывалял в грязи.

Затем обмазал грязью и морду с лапами, став совсем обычным, абсолютно неприметным и ничем не выделяющимся из толпы гоблином с именем из трех-четырех букв. Завершающим штрихом маскировки стали свежие бычьи фекалии, позаимствованные рядом. Их Гарб применил для маскировки своего запаха от чутких носов воргов. Обоняние всех остальных его мало заботило.

Маску он положил обратно в торбу. Она и не подумала исчезать.

– Вот гадхе, – ругнулся гоблин.