История одного гоблина: Символ веры

Глава 10

Драконы поклялись отомстить и хитростью разрушили единство разумных рас, посеяв раздор между ними. И поссорились сначала тивада со всеми остальными. Потом гобхаты начали враждовать с лусидами, а затем переругались и все прочие.

Бурбалка загрустил. На Лумею-то он попал, но почти ничего от этого не выиграл. Когда первый приступ эйфории прошел, дух задумался, что ему делать дальше. Чем больше призрак думал, тем отчаяннее виделось собственное положение.

– Вот дерьмо! – проскрежетал он все еще замогильным голосом и ударил бесплотным кулаком по стволу дуба, невесть откуда взявшегося посреди болота.

Дерево в ответ издевательски зашелестело листвой. Только не от удара, а от налетевшего дуновения ласкового летнего ветерка. Бестелесная конечность просто прошла насквозь.

Минотавр сосредоточенно шел вперед, высматривая в ночи врагов.

– Трави помалу! – бросил он призраку, не оборачиваясь.

– Че? – смутился Бурбалка.

– Рассказывай, кто ты, откуда и чего хочешь, – сказал Каввель. – Я же про тебя толком ничего не знаю, а хочется.

Ты мне жизнь спас, надо отблагодарить как-то.

Дух уже почти жалел о своей вспышке. Тауросу теперь не уймется и будет доставать расспросами. И тут призрака словно прорвало.

– Хочешь все знать? Так слушай! – выпалил он, совершенно позабыв, что с посторонними разговаривает совсем другими словами. – Я как бы не совсем дух. Когда-то меня звали… а, впрочем, это не важно. Я теперь Бурбалка. Пузырек. Как выгляжу, так и назвался. Я это дурацкое прозвище выбрал, чтобы еще больше наказать себя за глупость.

Призрак все говорил, а минотавр внимательно слушал здоровым ухом, не забывая следить за окрестностями. Они еще не прошли и половины пути до лагеря ящеров, но бдительности терять не стоило. Духа Каввель не перебивал, чтобы случайно не спугнуть этот робкий пока словесный ручеек, вот-вот грозивший превратиться в фонтан красноречия.

***

Давно, когда я еще не был таким, мое видение мира сильно отличалось от нынешнего. Раньше я был человеком, учеником и помощником большого ученого Адриана Велмсли.

Учитель считался непревзойденным знатоком истории, культуры и языков почти всех народов, населяющих Лумею. Он также занимался алхимией, магией, демонологией и некромантией. О последних двух его увлечениях знали только я и второй ученик.

В подвале дома учителя находилась лаборатория, в которой мы проводили увлекательнейшие из экспериментов. Днем он принимал людей, ищущих его мудрости, и помогал им, чем мог, за хорошую плату.