Не будите спящих красавиц

- А их, что, теперь не из резины делают?

Отлучавшийся по нужде Михеич, не вникнув в суть вопроса, ответил:

- Что ты, она как гранит. Если добавить весло, то в парке можно ставить.

- Прямо как Венера Милосская, только с руками, - восхитился гость.

- Такая же красивая?

- Такая же твердая. А может мы ей, того, руки оторвем? Ну, чтобы совсем похожа была?

Михеич замотал головой:

- Не, не надо. Ей еще весло держать.

Не ожидала, что внутри психолога скрывается кровожадный маньяк. Я на всякий случай выбралась из тела и воспарила к потолку.

- А грудь могли бы и побольше сделать, - сказал эскулап и попытался ущипнуть меня за бок.

Ну, шеф, ну удружил. Я разозлилась не на шутку. А тут еще Внутренний Голос подлил масла в огонь:

- Маха, у тебя есть все шансы сегодня же освободиться от заклятья.

- Да я лучше навсегда такой останусь, чем буду целоваться с этим старым козлом, - вспылила я.

Михеич лег с другого края так, что мое тело оказалось между ним и гостем, и предложил:

- Давай спать.

Александра не пришлось долго уговаривать. Он сунул под голову ладони, сложенные лодочкой, и охотно закрыл глаза.

В комнату прокрался Жора и замер столбом. Три неподвижных тела в разных позах представляли из себя ту еще картину.

- Не говори Селивану, - взмолилась я сверху, - насмешек домовика мне только не хватало.

Призрак кивнул и просочился сквозь пол.

Проснулись мы с шефом одновременно. От крика. Кричал Александр, решив, очевидно, последовать совету своего психотерапевта.

Правда, место для этого выбрал не совсем безлюдное. Но это не помешало ему орать так, что автор методики мог бы гордиться способным учеником. Я проследила за его остекленевшим взглядом и поняла, что психолог смотрит на меня. Нет, не на меня под потолком, а на меня, лежащую рядом.

Странно, а вчера я ему даже нравилась.

Михеич подпрыгнул и догадался набросить край покрывала на мое лицо. Крик сразу оборвался на самой высокой ноте.

В кабинете раздались шаги и Дусин голос спросил:

- Илья Михеевич, у вас все хорошо?

- Да, да.

Не беспокойтесь, Евдокия. Я сейчас выйду, - шеф приложил палец к губам, призывая врачевателя душ к молчанию.

- Что это? – трясущимися губами захрипел Саня.

Вопрос был вчерашний, но окрашенный новыми интонациями.

- Я тебе уже говорил, - терпеливо начал шеф, - это Маша. Ну, помнишь, рыженькая такая. Саня, да ты ее видел по осени, бегала все время с поручениями.