Один (не?) удачный переход

Роботов оказалось сразу четыре штуки.

— Не маловато охраны? — заметив то же, что и она, с иронией хмыкнула Янг. — Чего сразу не атласский дредноут?

— Да, какие-то придурки засыпали всю сеть угрозами поквитаться со Шни, если она появится в Вейле, — с неприязнью пожал плечами Хэдлей. — Болтают, что и БК отметился. Отморозки, конченные. Не, папаша у Вайсс, конечно, полная мразь, но сама-то она вроде нормальная. Вон, все деньги с выступлений на благотворительность отдаёт и слова грубого про фавнов не сказала, а эти всё туда же.

Ладно, в жопу этих расистов, наш уговор в силе?

— Конечно, Блондинчик, — расплылась в покровительственной улыбке златовласка, пристраиваясь слева от парня, — покажем твоему дружку, кто тут самый крутой, ха?

— Будешь распускать руки — оторвём, — Цири оказалась справа.

— Вставим в задницу...

— И скажем, что так и было, — девушки переглянулись и дружно расхохотались. Хэдлей, напряжённо сглотнув, приобнял их за талии так осторожно, словно боясь сломать. Что ж, предупреждение он точно воспринял всерьёз.

«Какие-то двоякие ощущения», — задумчиво отозвался дух, — «вроде и нормально, а вроде как-то по-гейски».

— Замечательно выглядишь, сестрёнка, — позади раздалось что-то подозрительно смахивающее на мерзенькое хихиканье.

— Цыц, мелочь!

Двери распахнулись, и они вошли в шумную, просторную гостевую зону, где уже было полно народу, снующего туда-сюда между лестницами в зал и лотками с разными цветными безделушками да картинками. Кто-то пришёл сюда в больших и шумных компаниях, кто-то вдвоём с любимой или любимым, а кто-то и вовсе в одиночку, но таких, казалось, совсем немного.

Отовсюду доносился довольный, предвкушающий гул и гомон голосов, мерцали фотовспышки, горели сотнями ярких, белых огней громадные светильники в форме снежинок и рекламные вывески, а в центре холла расположился здоровенный, исходящий паром ледник. В его центре высился массивный, не меньше десятка аршин в высоту, ледяной монолит, вокруг которого застыли в немой хладной вечности, изящные прозрачные скульптуры изо льда. Фонари хитро подсвечивали их с разных сторон, отчего создавалось впечатление, будто они сами испускают из своих глубин тысячи мелких живых лучиков.

Пока они шли к лестнице в свой сектор зала, Цири не раз и не два ловила изучающие, а порой и откровенно завистливые взгляды. Не на себе — на Хэдлее. На себе скорее неприятные откровенно-раздевающие. За последние дни ей удалось немного обновить гардероб и ходить в одежде Янг больше не приходилось.