Один (не?) удачный переход

Не то, что бы она стеснялась духа, который когда-то был мужчиной, вовсе нет, однако от одной мысли, что он станет пялиться на неё похотливым взглядом становилось противно. Пусть и взгляд этот будет целиком её собственным. Поэтому: смотреть строго перед собой и не давать постояльцу повода...

То, что следить следует и за своими руками, девушка поняла мгновением позже.

«Чтоб тебя, дрянь, прекрати!» — едва не взвизгнула она во весь голос, лишь в последний момент удержав всё в мыслях.

«Что? Это теперь и мое тело. И я хочу его осмотреть.

И ощупать», — её собственные руки, предав хозяйку, сновали по всему телу, бессовестно облапывая грудь, соски, бёдра, задницу... — «Как интересно. В ногах вроде посвободнее стало».

— Да пошёл ты! — едва опомнившись, прошипела она, вернув контроль над руками.

«Я бы с радостью, красавица, да некуда. И понятия не имею как».

«Не называй меня красавицей!»

«Почему?» — без всякой иронии удивился Риан. — «Ты очень красивая, этот шрам тебя совсем не портит. И если верить Кроу, то через полгода от него вообще ничего не останется.

Эх, был бы я в своем теле», — мечтательно протянул он, — «приударил бы за тобой, как пить дать».

«А я бы тебе по яйцам приударила, придурок. И не раз. Как пить дать», — Цири и не думала прощать такой своевольной наглости этому уроду.

«У-у-у, какие мы злюки. Ну и чего ты стоишь-пялишься, как баран на новые ворота? Мы мыться будем?»

Девушка хотела ответить что-нибудь поязвительнее, но вместо этого, оглядев плитку перед собой, удивлённо моргнула.

Из стены прямо напротив неё торчал непонятный блестящий крючок и длинный металлический шланг с лейкой на конце. Воды нигде не было.

«Как это работает?»

«Дитя средних веков», — насмешливо фыркнул дух, — «ладно, смотри пока я добрый...»

«Эй!» — тут же перехватила она контроль над вновь взбунтовавшейся рукой.

«Перестань, не буду я нас больше трогать».

«Нет никаких нас!»

«Ну-ну. Ты не девочка из рекламы, а я не злобный кариес. Так что отпусти и лучше смотри да запоминай: вот это наверх, а потом влево, где красненькое».

Из лейки полилась восхитительно-чистая, приятно-горячая вода, мигом расслабляя напряжённое тело, гоня прочь раздражение и усталость.

«Так просто...»

«А то ж — всё гениальное — простынь!» — подтвердил довольный дух.

«При чём тут простынь?»

«А шут его знает».

«Какой ещё... Забудь, не важно» — девушка потёрла переносицу, предпочтя сохранить свой рассудок нетронутым. Насколько, конечно, это было возможным с таким-то постояльцем.