Свободный полет

И правильно делали, между прочим.

Я был не пьян. Так, легкая эйфория, и не более.

Короче, ничего экстраординарного в этот вечер не было. Таверна осталось

целой, мордобой не произошел, я похмельем на следующее утро не мучился.

Теперь предстояло второе па «Марлезонского балета» - обед у графа Колмира.

Вот в отношении этого достойного вельможи, у Фориэля были существенные

подозрения.

172

- Граф очень не глупый человек, - рассуждал посланник, расхаживая по

комнате.

людям знать не полагается.

- Семенэль не мог, - коротко сообщил я.

- Почему?

- Потому, что он, пока не выпил, был трезвым. Поэтому – не мог. А потом, когда выпил, он сразу выпал в осадок. Поэтому – тоже не мог.

- Но ты-то в этот самый осадок не выпал! – прокурорским тоном изрек

Фориэль.

- Граф и его товарищи оказались такими интересными рассказчиками, что я

больше слушал и пил, чем пил и рассказывал, - покаянным тоном поведал я.

- Но ты, все же, что-то рассказывал? – продолжал допытываться Фориэль.

- Ну, я рассказал графу о его сыне. Как он славно держался в бою. Что твои, между прочим, уроки пошли ему на пользу.

- Мои уроки? – фыркнул Фориэль. – Да он брал у меня уроки. Но этот

балбес ничего не смог усвоить из них! У него только одна тактика – берешь меч и

крошишь, все что попадется, в капусту. Сверху вниз, и, изредка, справа налево.

- Ну, ты же понимаешь, что я такого не мог сказать графу, - хитро

улыбнулся я.

- Все равно, на обеде ты должен внимательно следить за тем, что говоришь,

- строго напомнил мне посланник. – В письме Мармиэля были и строки Владыки.

Он особо указал на то, что твое инкогнито должно быть соблюдено.

- Но зачем? – удивленно спросил я. – Что тут такого?

- Политика! – многозначительно поднял палец Фориэль. – Если люди

узнают, что ты не эльф, то возникнут ненужные вопросы.

- Как будто кто-то решится их вам задать, - ухмыльнулся я.

- Задать не решатся, - согласился Фориэль, - но вопросы останутся.

- Катрина? – граф удобно расположился в кресле, настроившись на

приятную беседу после великолепного обеда. – Что-то знакомое…. Уж не та ли

это девица, которая так славно отделала одного моего бойца? Он, правда, бабник

изрядный…, был.