Худший из миров. Книга 10.

— А как ты оправдаешь бегство с джином? – словно въедливый прокурор потребовала ответа кухарка.

— Так, я я ж тебе уже сказал, — продолжил разъяснения Олег, — довёл её Грюн до ручки. Она с ним о серьёзном, а тот в книги свои упрётся и отмалчивается. Тут бы любая баба психанула, а тут я ещё, как назло, Генку в эту библиотеку затащил, ну и получилось как получилось. Генка-то по сути тоже не виноват. Если бы Грюн не кинулся на него первым, там ничего бы и не было, а так просто в морду получил.

Понимаю, что больно, неприятно. Ну тут уж кто сильнее.

Слова коварного авантюриста возымели действие, и глубокое размышление проявилось на смазливом личике кухарки.

— Подумаешь, племяшу твоему нос расквасили, обычное дело, — продолжил жечь глаголом «ужасный», — ты вон, вообще недавно Генке в череп кухонный нож по рукоять загнала. А он, между прочим, даже не обиделся на тебя. Для мужиков разборки – дело житейское. Ну и, чтоб ты понимала, я твоего племянничка вытащил из библиотеки по просьбе Фиалки.

Она прекрасно знала, что её ждёт после возвращения Грюна, и всё равно упрашивала меня вернуть его. Вот ты ей тихий ад устроила, а девка-то Грюна всё равно любит. Переживает.

Словесные конструкции Олег Евгеньевич городил прозой совершенно в них не веря, вот только чутьё в очередной раз не подвело, и Фиалку, что называется, захлестнули чувства. Девицу словно прорвало, и та утонула в слезах и истерических признаниях. Под конец бывшая пленница закрытого крыла библиотеки вообще уронила голову на руки, и зарыдала взахлёб.

Нервы Фиалки не выдержали колоссальной напряги. Дрогнула и эмоциональная твердыня кухарки. Архэя чисто по-женски почувствовала тяжкой доле несчастной.

— Да ну вас всех к чёрту! – всхлипывая причитала Фиалка, — плевать! Уйду к джинам, там жутко да и пофиг!

Кухарка тяжёлым взглядом окинула фигуру авантюриста, после поднялась со своего места, прошлась до шкавчику летней кухни и достала початую бутылку молодого красного и пару стаканов.

Затем эльфийка столь же неспешно вернулась на своё прежнее место, поставила перед рыдающей пустой стакан и налила его всклянь.

— Посмотри на меня! – всё ещё со злостью, но уже не такой выраженной потребовала кухарка и Фиалка подчинилась.

Девушка убрала руки от лица, но нервно всхлипывать так и не перестала.

— Пей, — решительно потребовала кухарка и Фиалка трясущимися руками взяла стакан.