Попаданка в цыганку. Держитесь, черти, ай-на-нэ!

В приюте могут замерить мой уровень магии и сдать куда следует. Да и сомневаюсь, что детям там лучше живётся, чем на улице под кустом, при местном-то менталитете.

Чем дольше я размышляла, тем сильнее у меня болела голова. Кажется, простуда к вечеру решила меня окончательно одолеть и свалить с температурой. Проблема была только одна - сваливать ей меня некуда. Хоть самой к Инквизиторам иди, там, возможно, хотя бы последним ужином накормят.

Как вариант, конечно, можно дождаться темноты и снова пробраться в цирковой зверинец на сеновал.

Ещё одну ночь, возможно, такой фокус пройдёт. А дальше? Узнает барон и вышвырнет взашей. Или зверюшкам своим скормит: нет тела - нет дела. Меня ведь никто искать не будет.

Всё не то, мыслю не в ту сторону. Нужно идти к Илигану – да. Умолять, лгать, изворачиваться - делать всё, чтобы он приютил меня в цирке. Иначе одна я пропаду. На худой конец, шантажировать его и Зельду. Обряд воскрешения и новое клеймо, как я успела понять, дела не особо законные, от слова совсем.

А раз так, действовать здесь нужно хитростью и коварством. Не пытаться рубануть сплеча: всё, граждане, мы с вами повязаны, а посему подать мне сюда еды, одежды, злата-бриллиантов и десяток мускулистых полуголых рабов. Тьфу-ты, рабы-то мне зачем? Лет через пять если только пригодятся…

Опять не в те дебри полезла. Нужно прийти, упасть в ноги барону: «Царь демонов, Вельзевульчик ты мой яхонтовый! Лобызаю твои рожки-ножки, не вели казнить, вели слово молвить…» Фу, аж самой противно стало.

Но, по опыту, такому, как Илиган, должно понравиться. Но опять проблема – молвить-то я и не могу. Это парнокопытное даже слушать моё мычание не станет, не то чтобы вникать в суть…

- Эй, девочка, уснула, что ли? - окликнула меня Малетра, и я вздрогнула, выныривая из своих тяжких дум. - Гляди, не твой ли брат там тебя дозваться никак не может?

Я перевела взгляд по указанному направлению. В относительной близости топтались трое мальчишек. Двое были невысокого роста, щуплые, подвижные и точно под копирку срисованные – близнецы.

А один высокий, угловатый, с хмурым лицом, и было в нём что-то знакомое…

- Ликандра, - негромко позвал он, убедился, что я на него смотрю, мотнул головой, веля следовать за собой. И зашагал прочь с площади, даже не проверяя, иду ли я за ним. А сынок-то в папу. Верно, вылитый Илиган. И что же от меня понадобилось цыганскому барону? Вечерок обещает быть интересным.

Я поднялась и кивнула на прощание доброй пекарше.