Попаданка в цыганку. Держитесь, черти, ай-на-нэ!

Я ему отрицательно покачала головой: врёт, не давала.

- Ну, хотите, вместе с теми, что под деревом, и все яблоки из корзин забирайте! – взвизгнула старуха, злобно буравя меня взглядом.

Вот же привязалась со своим гнильём! Становилось ясно как белый день, что денег от неё мы не дождёмся. И если, судя по задумчивому взгляду Шарота в кадку, он ещё надеялся развести бабку на монеты, то я, благодаря предшествующему опыту общения с такой же особой, всю надежду уже оставила. Подобные упырихи для собственных сыновей-то за труды нормальных помидор дать жалеют, а тут мы, чужие, почти бродяги.

«Грабят-убивают-насилуют!» - вот чем сегодняшняя история окончится, если орк продолжит настаивать на оплате деньгами.

Взгляд мой упал в сторону кролятника. А что если…

«Выгорит-выгорит…» - шепотком зашелестело у меня в голове, и вновь будто кто-то под руку подталкивать начал. Точно нечистая сила, не иначе!

Я потянула Шарота за рукав, ткнув пальцем в ту сторону. Приставила к голове ладони, изображая кроличьи уши, и разулыбалась, вновь потянув его за рукав.

- Ты мне показать что-то хочешь? – уточнил орк, и я закивала.

- А-а, это она про кроликов, - устало вздохнула старуха, уже не чая, как бы от нас быстрее избавиться.

Мы прошли мимо яблонь к клеткам, и я сразу направилась к той, где в одиночке теперь сидел мой «общажный» подменыш. Кролик, оказавшись наедине с кучей травы, на радостях зарылся в её гущу и смачно хрумкал, одни уши и бело-чёрная спинка наружу торчали.

Которую, приоткрыв дверцу, я и погладила. Он даже ухом на это не повёл, продолжая набивать брюхо. Справедливо полагая, что подобная «халява» может в любой момент кончиться и вновь придётся делиться жратвой с соплеменниками.

- Понравился тебе? – хмыкнул Шарот, глядя на моё сияющее лицо.

- Понравился-понравился, всем детям кролики нравятся, - проворчала старуха, ответив вместо меня, и тут её словно осенило. - А ведь верно! Берите, дитятки, кролика за работу, и будем в расчёте! Только не из этой клетки, вон из тех выберите себе какого-нибудь.

Для виду «расстроившись», что этого кролика брать нельзя, я побродила возле клеток-общежитий. Шарот пристроился рядом, якобы тоже рассматривая их жильцов с интересом.

- Лика, нам деньги нужны, - прошептал мне. – Выбери потом питомца в зверинце и играй с ним, сколько влезет. Я даже в домик его брать разрешу… Только не Дарка и не барба́ка. Хорошо? Не бери кролика.