Али баба и тридцать девять плюс один разбойник

– Ну, долго я еще буду ждать? – не вытерпел дух, когда по прошествии десяти минут Касым наконец настроил первую струну, согласовывая ее звучание со своим голосом.

– Сейчас-сейчас, инструмент нужно хорошенько настроить.

– Такое ощущение, что у тебя не две, а двадцать две струны!

– Не торопите, вы меня сбиваете!

– Хорошо, разбудишь, когда будешь готов, – в пещере раздался зевок.

Касым обиженно поджал губы и продолжил дергать вторую струну, вертя колок.

И вот дутар был настроен. Касым удобно устроил его на коленях и ударил по струнам.

Дрожащие звуки разлились по пещере.

«Молодая девушка заливалась слезами и кляла свою горькую судьбу. Родные отдавали ее замуж за нелюбимого пятой женой, хотя у нее были все возможности и данные устроиться второй, более престижной женой к другому, пусть и не столь богатому…»

– Постой, Касым, – прервал песню дух.

– Что? – Касым перестал петь и играть и завертел головой.

– Вот тебе обещанный золотой – заслужил. – Из воздуха к ногам Касыма упала крупная золотая монета.

Касым поспешно сграбастал ее и спрятал за пазуху. – Но нет ли у тебя чего-нибудь повеселее? И так с души воротит от жизни, а тут ты еще со слезными напевами. За веселое плачу по три монеты.

– А по пять можно? – осторожно уточнил Касым.

– А это, мой жадный друг, зависит от того, как споешь.

– Я буду стараться! – воодушевленно выкрикнул Касым.

– Старайся, и тебе воздастся.

Пальцы Касыма после некоторой заминки вновь ударили по струнам.

«Девушку, купающуюся в реке, как-то подловила цыганка и нагадала, что приедет к ней принц на белом коне, а пока девушка раскатывала губу, цыганка прибрала в счет платы все ее вещички и была такова.

Кишлачной дурочке пришлось бежать домой в чем мать родила, прикрываясь лопухами».

– Смешно, – похвалил дух, и перед Касымом упали сразу пять монет.

Тот спешно собрал их и отправил вслед за первой за пазуху.

– Давай еще что-нибудь! – потребовал дух Сим-сим.

– Как пожелаете, о щедрый дух!

– Не подлизывайся.

– Да что вы, почтеннейший! – округлил глаза Касым. – И в мыслях не было.

– Я тебя, плута, насквозь вижу. Играй уже.

Пальцы Касыма коснулись струн.

«…Вернувшись домой, доверчивая кишлачная дурочка так ничему и не научилась и ждала всю жизнь принца на белом коне. И сколько женихов к ней не сваталось, всем она давала от ворот поворот, а потом женихи иссякли, но она продолжала ждать. И вот однажды к ней во двор въехал тот, кого она столько ждала.