Али баба и тридцать девять плюс один разбойник

Другие, морща обветренные, обожженные солнцем бородатые лица, отворачивались не в силах смотреть на это самоистязание, но вдруг наступила неожиданная развязка. Махсум сделал последний глоток, потряс кувшинчик, из которого в его рот упало несколько капель, отбросил пустой сосуд – тот ударился в стену и разлетелся на крупные глиняные осколки – и утер губы тыльной стороной ладони.

– Хорошо! – причмокнул Махсум губами и обвел взглядом притихших разбойников.

– С вами все в порядке, мой шеф? – Ахмед осторожно приблизился к Махсуму и для проверки потыкал его пальцем в плечо.

– Я здоров и полон сил как лев!

Разбойники удивленно загомонили.

– Ну, чего ждете? Вперед, время не ждет! – призывно вскинул руку Махсум.

– А-а-а! – Разбойники, которым поскорее хотелось избавиться от навалившегося на них недуга, накинулись на кувшины с вином, словно изголодавшийся барс на стадо серн.

– Не надо! – опять принялся причитать Ахмед, пытаясь загородить собой склад вина. – Что вы делаете, о несчастные? Опомнитесь!

Но его никто не слушал.

Ахмеда смели, опрокинули на пол и едва не затоптали. Гремели кувшины, голосили те, кто никак не мог пробраться вперед, а те, кому повезло, хватали сразу по два-три и, пригибаясь, отбегали в сторонку, где трясущимися руками или зубами срывали пломбы и опрокидывали в себя «чудодейственный эликсир».

Успокоилось все только минут через двадцать, когда икающее разбойное воинство, несколько приободрившись, но изрядно кося глазами, направилось к лошадям. Лошади, чуя незнакомый отвратительный запах перегара, шарахались, фыркали и хрипели.

Разбойники, ругаясь на чем свет стоит, пытались взобраться на лошадей, падали, поднимались и вновь заносили ноги в стремена.

Несчастный, подавленный происходящим и мучимый головными болями Ахмед, отъехав чуть от пещеры, хмуро наблюдал за разбойниками. Его конь, застоявшийся за ночь, нетерпеливо переступал с ноги на ногу и недовольно фыркал, призывая собратьев последовать за собой, но тем было не до того. Свалка, казалось, никогда не закончится.

Но вот все разбойники взгромоздились в седла и, пришпорив коней, устремились вон из пещеры, радостно подвывая и опасно покачиваясь в седлах. Последним из пещеры вынесся удалой Махсум.

– Ну, куда? – натянул он поводья, подскакав к ожидавшему его Ахмеду.

– Вы ничего не забыли, шеф? – поинтересовался разбойник, пристально вглядываясь в красное, сильно опухщее лицо предводителя.

– Да вроде нет, – попытался задуматься Махсум, но голова все еще плохо соображала.