Сравнение двух академий

Любой другой преподаватель зачислил бы дополнительные баллы за такой ответ, но только не Эйлерия. И мне уже страшно, как мы будем сдавать экзамен по математике? Сможем ли хотя бы получить допуск?

– Странно, не правда ли? Технически обгоняем, про магию я молчу, а по математике – нет. И это меня крайне огорчает. Надеюсь, что кто-нибудь из вас исправит это упущение.

По закону жанра повисла торжественная тишина и откуда-то зазвонил колокол.

«Похоронный мотив», – отметила я про себя.

Видимо, это означало конец всем мечтам Эйлерии.

– Итак, – сказала Эйлерия после паузы, – возвращаемся к теме нашего сегодняшнего урока. Как я уже говорила …

– Эврика! – послышалось откуда-то из конца аудитории (я и Эивас сидели на первых партах).

Все дружно посмотрели туда. Ёрш счастливо улыбался и, казалось, ещё немного и сейчас станцует от радости.

Что его так впечатлило? Рисунок что ли удачный нарисовал?

– Ёрш! – прикрикнула на него Эйлерия (злодейское имя плотно прилепляется к её владельцу).

– Простите меня, Эйлерия, но математика подарила мне великую идею, – сказал парень.

Наличие великих идей, разумеется, в АЗиРе поощрялось.

– Я очень рада, – ответила математичка, поощрённая, и продолжила свой урок.

* * *

– Виилам, – задержал меня после пары Ёрш.

Математика была последней, и мы могли пойти домой.

– Мне нужно с тобой поговорить, – объяснил напарник и, взяв меня за руку, направился со мной в первую попавшуюся пустую аудиторию.

Ёрш, в принципе, предпочитал беседовать со мной с глазу на глаз, чтобы никто не мог воспользоваться нашими идеями, так что его поведению я не удивилась.

Когда он закрыл дверь на ключ, я произнесла:

– Я нашла одну неплохую книгу об Избранных.

Мне Вероника вчера скинула ссылку на неё. Я прошла по ссылке, просмотрела – мне понравилась эта книга.

Ёрш улыбнулся.

– У меня есть идея получше, – заговорщически произнёс он и, подойдя ко мне близко-близко, шепнул на ухо. – Я теперь знаю, как завоевать этот мир.

Опять двадцать пять. Не успели доделать один проект, как уже появился другой. Как же я хорошо понимаю папу и его слова о бесконечной погоне за чем-то непонятным. Лучше Ёрш в любви бы признался!

– Слова Эйлерии заставили меня задуматься о нашем мире.