Не дареный подарок. Кася

— Давайте, я завтра начну к нему привыкать? Сегодня уже сил никаких нет.

Я все еще вела себя хорошо и даже не хамила, хотя очень хотелось.

— Каси...

— Я, — подтвердила гордо, подумывая уже о том, чтобы невежливо отбыть в соседнюю комнату. Кровать располагалась не рядом с внешней стеной, а так удачно стояла у внутренней, ведущей то ли в одну из спален, то ли в кабинет, а может, даже в ванную, что сбежать от навязчивого директора я могла в любую минуту, но пока этого не делала. Потому что я хорошая, а сбегать в стену от надоедливого собеседника в людской среде почему-то считалось невежливым.

А этот сидит рядом, комкает в руках мою новую розовенькую сорочку и требует от меня очередного подвига. Как будто за день я их недостаточно совершила.

— Превращайся.

— Не буду.

— Каси...

— Я.

— Превращайся.

Это рисковало затянуться надолго, но я была намерена не сдаваться.

— Не буду.

— Каси.

— Я.

— Тебе нравится меня доводить?

— Не бу... ась?

— Превращайся.

— А что вы перед этим сказали?

— Как Илис с тобой справляется?

— Никак не справляется.

Он со мной мирится.

Сорочка полетела на кресло, продуманно расположенное у большого окна, забранного по случаю позднего времени шторами, но, не долетев, зацепилась за стоявший перед креслом столик и насмешливо повисла, касаясь кружевным рукавом пола.

Комната сразу приобрела обжитый вид.

— А давайте еще чулки разбросаем? — Мне вид на левую половину комнаты уже нравился, но чего-то отчаянно не хватало. Судя по моим ощущениям, не хватало беспорядка.

Как в гнезде. Моем маленьком, уютненьком гнезде, свитом из шерсти, пуха, веточек и гибких стеблей. — Вы мне пар двадцать накупили, давайте хотя бы одну тут разбросаем? Должно получиться очень гармонично.

Аррануш нахмурился. Ему ощутимо не хватало совы. Родной, сообразительной и послушной. К его глубокому сожалению, Илли улетела куда-то еще час назад. Судя по всему — охотиться. Вот что значит — хищная нечисть. Живет в тепле и уюте, но все равно периодически срывается в холодный, мрачный и неприветливый лес, желая размять крылья и освежить навыки.

Сумасшедшие они, эти хищники.

Так и получалось, что к сожалению Аррануша и моей тайной радости у него сейчас была только я, а мне уже надоело быть хорошей. Я хотела быть собой.

— А на люстру можно забросить ту полупрозрачную штуковину с подвязками, которую мне в магазине нижнего белья зачем-то презентовали.

— Штуковину с подвязками?

Глядя в его удивленно вытянувшееся лицо, я невольно умилилась.