Не дареный подарок. Кася

— Полагаю, ты сейчас свободен...

— Мне это что-то не нравится, — шепнула я хозяину.

И ошиблась. Мне все очень понравилось.

— Займись Каси. Со мной она идти не хочет, но ей уже пора учиться существовать в обществе.

Повернув ко мне голову, Илис с сомнением осмотрел мою помятую пушистость.

— А Каси готова?

— С тобой куда угодно, мой нелюбимый хозяин, — горячо заверила его я. — Ты только покорми.

— Покажи город, своди куда-нибудь. Ей нужно привыкать быть человеком.

— Покажи мне город, — азартно вторила я, чувствуя, как радостно подергивается хвост.

С хозяином я была согласна идти. С хозяином я ХОТЕЛА идти. Он, в отличие от своего отца, меня не только слышал, но и не считал зазорным прислушиваться. Хотя случалось это не всегда.

У Илиса просто не осталось выбора. Его окружили со всех сторон, и бежать было некуда.

***

Хвост меня обманул. Никакой радости за порогом презентабельного двухэтажного дома из темного, благородного дерева меня не ждало.

— Илис, а давай мы в академию вернемся, а твоему отцу скажем, что я уже ко всему привыкла?

Волосы, собранные в какую-то замысловатую косу, не скрывали больше ушей, одежда, подобранная по размеру, сковывала движения.

И очень жали сапоги. Казалось, проходившие мимо нас люди все это замечали и в чем-то меня подозревали.

— Нет уж, я тебя сегодня выгуляю, — кровожадно пообещал Илис.

Как нелюбимому хозяину, терять ему было уже нечего.

Через несколько часов, порядком истрепав нервы, я пришла к выводу, что город мне понравился, а люди все же нет.

Большой, красивый и чистый, город поражал воображение богатыми вывесками, ухоженными сквериками и большим, уже опавшим, но все равно величественным парком.

Я знала, что в этом городе, как и в том, где я жила еще в своем пушистом детстве в качестве домашнего питомца, есть темные, грязные улицы, ходить по которым не только неприятно, но и опасно, только меня это не беспокоило. Я об этом даже не думала.

Мне, как безобидной нечисти, чудом дожившей до человеческой ипостаси, было неинтересно, что происходит где-то там.

Все важное происходило здесь и сейчас. Всегда. Особенно, когда в витринах кондитерских магазинчиков на подносах покоились красивые и непременно вкусные торты и пирожные, а ювелирные радовали глаз сверканием чистых, ярких, искусно граненых камей.

Ровные вымощенные тротуары, тяжелые красивые скамьи под фонарями или фонтан на центральной площади. Большой, круглый и все еще действующий. Меня восхищало все.