Привет, Яга!

Оно говорило с нами одновременно, только с каждым отдельно.

Это могло быть правдой.

– Хочешь сказать, теперь мы пойдем к этому же дереву, только на Другой Стороне? Оно Там и Тут растет одновременно?

– Ну наконец-то, поняла. Ты меня совсем не слушала? Еще я сказал, что Там с ним можно говорить как обычно.

– Ничего себе! – Похоже, придется соглашаться на это ужасающее приключение. – Ладно, предположим, уговорил. Только потом, когда вернусь, я еще одну комнату к домику приделаю, и ты не будешь ворчать.

– Куда еще? Неужели пяти горенок мало? – спросил Василий, улыбаясь.

Вчера вечером, когда я уже почти заснула за столом, встал вопрос, где мне теперь спать. Прошлую ночь, как выяснилось, Василий скромно провел на крыльце, – по его словам, правила приличия для юных особ еще никто не отменял. Иногда он просто поражал меня необычными мыслями.

Потом, хитро улыбнувшись, помощник предложил мне сделать для себя спальню. По его словам, именно я была хозяйкой домика и могла с ним творить что захочу – хоть новый спортзал приделывай, – такое вот удобное жилье.

Он потом еще долго объяснял про «связь между нашим восприятием реальности и его материализацией, которая на границе двух миров перестает подчиняться обычным физическим законам», но я уже совсем засыпала.

– Представь сейчас спальню своей мечты и попробуй сделать новую комнату… Хотя бы вот отсюда. – Он указал на пустую стену между окном и аркой кухни.

– А туалет своей мечты я тоже могу забацать? – брякнула я.

– Несомненно, – подтвердил Василий, и я взялась за работу.

Буквально за полчаса в моем чудном домике появились спальня, библиотека, будуар (не знаю для чего, но мне нравилось название) и гардеробная, которую Василий из-за гигантских размеров упорно считал за отдельную комнату.

У меня никогда не было жилья, чтобы обустроить его по собственному вкусу, даже отдельной комнаты в детстве. Наша семья, казалось, приговорена к хрущевским малосемейкам, а общагу мне пока и вспоминать не хотелось.

Но этот домик почему-то сразу стал моим, его приятно было украшать и улучшать, тем более что такой созидательный процесс не требовал ни денег, ни долгого ремонта, ни даже (о чудо!) времени.

Возможно, я немного переборщила, но ведь надо же было потренироваться!

Василий на первые эксперименты глядел очень внимательно, но потом ему это надоело, и он только неодобрительно считал новые комнаты, а я подумывала о тренажерном зале.

– Ну, как скажешь. – Ради этого похода помощник был согласен на любой каприз.