Огненный Легион

Когда затрагивается тема лечения и звучит фраза «Многовековой стаж», чаще всего речь идет о друиде. Судя по названному имени, так оно и будет, ведь именно лесные жители любят подобные окончания: «ион», «ия», «оин». Такое ощущение, словно они буквально жить не могут без буквы «и» в имени.

По каменным переходам Ремесленник повел меня в очередную лабораторию. В этом крыле я еще не бывал. Похоже, именно здесь проводил большую часть времени Наив, обучаясь работе с артефактами низших вампиров. Как я догадался? Просто мы прошли через полигон для испытаний заклинаний и смогли насладиться видом весело разлетающихся от фиолетовых сгустков энергии щитов.

Признаюсь, мне слегка взгрустнулось – все это в очередной раз напомнило о том, как я соскучился по ощущению, возникающему в тот момент, когда созданное тобой плетение обретает силу.

– Я смотрю, исследования добытых нами артефактов идут просто великолепно, – недовольно заметил я.

Да, мне захотелось напомнить, благодаря кому у Ремесленников появились такие замечательные артефакты. А то с каждым днем в форте я чувствую себя все более бесполезным, как будто не мы отбили нападение Твари и захватили мятежных низших вампиров. И еще немного обидно, что с исследованиями в этой области у них все в порядке, а вот с черепком разобраться ну никак не могут.

– Эти артефакты добыты не вами, – поправил меня Мастер Ревел. – Твоя тетя вынудила нас вернуть Ордену каждый переданный вами артефакт по списку.

Ай да тетя! И где только список-то достала? Не иначе Алиса подогнать успела перед отъездом.

– Кстати, госпожа Элиза – удивительная женщина. Ее бы энергию да в мирное русло…

– По-моему, на войне-то как раз мы, – хмыкнул я.

Интересно, как там у нее дела? И как там Даркин в столице, справляется ли?

– Ох, не видел ты еще войны, – покачал головой лысый Ремесленник.

Конечно. В последнее время я вообще кроме лаборатории, столовой и зоопарка ничего не видел.

И вот меня привели в очередное помещение, заставленное всевозможным непонятным оборудованием. Правда, помимо этого в середине зала росло невысокое разлапистое деревце. Друиды – любители подобных украшений, видимо, скучают по родному лесу.