Терпила и Старый Сад

Мастер Хионий…

Махош вскинул бровь на такую многозначительную реакцию на свое присутствие.

— Дисциплинарное взыскание за сплетни на рабочем месте скоро ляжет вам на стол, Вив, — поделился мужчина, намеренно не уточняя тяжесть взыскания, — и это последний раз. В следующий ты вылетишь отсюда с отвратительной рекомендацией еще до того, как откроешь рот, чтобы рассказать мне про больную маму.

Вив вспыхнула, прожигая его злым взглядом, но Махош даже на секунду не устыдился, спокойно проходя мимо женщин в свой кабинет.

Во-первых, то, что матушка Вив была свято убеждена, что тяжело и неизлечимо больна еще не значило, что она и в самом деле больна. Единственная причина, почему градоначальник выписал этой ведьме пенсию по инвалидности был ее склочный характер, знакомиться глубже с которым никто не хотел. Еще никто не хотел чесаться от ее сглазов — мелких, но крепких и прилипчивых, как ни у кого во всем Старом Саду!

Но даже будь матушка Вив и в самом деле больной, Махош бы помощницу архивариуса не пожалел.

Разве бедственное положение не обязывает тебя быть только ответственнее и дисциплинированнее на работе? Жалеть расхлябанного и болтливого работника у мужчины не было никакого желания, даже будь у нее целый дом престарелых с больными и несчастными. Вообще-то, мужчина был слегка удивлен. Ему казалось, Вив уже научилась прилично себя вести после всех штрафов — с чего ее так прорвало?

Но стоило мужчине вспомнить поддакивающий голосок, как пазл сложился.

Новая секретарша! Махош успел только мазнуть по ней взглядом: лицо слишком бледное и невыразительное; темные глаза невнятного цвета были матово-непрониницаемыми и смотрели куда-то сквозь, будто она и не здесь была вовсе; пальцы то нервно теребили бахрому на аляписто-ярком платке, то складывались на коленках как у провинившейся студентки.

Махош нахмурился, оценивая засевший в голове образ, и едва сдержался от того, чтобы выругаться и выписать Вив еще какой-нибудь штраф!

На первый взгляд девушка показалась ему представителем того самого типа личности, который он жутко не переваривал.

Рабочая лошадка без намека на хребет. Кто вообще поверит, что эта моль — ведьма?!

Но даже не это было проблемой. Подобные личности напрочь ломали всю дисциплину. Робкие и непрекословные, они пробуждали в окружающих худшие качества натуры. На таких обычно сваливали всю работу и начинали лениться. Таких легко дразнить, не находя сопротивления, приучая себя к высокомерию.