Немного о пограничниках, котах и портянках

- Вот, - подняв на меня заблестевшие глаза, потерянно произнес Ивар, протягивая мне эту самую тряпку.

- Что это? – приняв подношение (не обижать же мальчишку), поинтересовался я. Судя по богатой вышивке гладью, это носовой платок, правда, радикально красный. На алой фланели распустились диковинные цветы, края аккуратно обметаны серебряной нитью, а чашечки цветков декорированы бусинами.

- Портянки! – голос мальчишки дрогнул. Ивар шмыгнул носом, быстро мазнул по глазам ладонью и добавил тихо: - Мои портянки!

- Хм.

.. – я с сомнением взглянул на вышитую тряпку. – Это что, новая мода?

Если вышивку еще как-то можно понять, то бусинки в сапогах... Как с ними ходить?!

К тому же что-то было не так.

Я посмотрел на убитого горем Ивара, набрал побольше воздуха, чтобы рявкнуть на него, и только тогда сообразил. Они не пахли! Точнее, пахли, но совсем не так, как полагалось ношеным портянкам. Я осторожно, держа подозрительную вещь за уголок, поднес ее к носу. Аромат молодых смородиновых листочков, капелька лотоса и мяты.

..

Только Ивар немного успокоился (выхлебав половину моих запасов настойки пустырника), как новый вопль: «Мяяяяяв!» вспорол предрассветную тишину. Из стены выскочил Шеф с вытаращенными глазами, и я едва не поставил пустую кружку мимо стола. В мохнатых ушах фамилиара болтались миленькие сережки бантиками, а на шее и хвосте – яркие ленты. Судя по их потрепанному виду, Шеф пытался стащить украшения самостоятельно, но не слишком в этом преуспел. Теперь он с целеустремленностью девы на выданье пер на меня.

- Валерьянки? – мигом сориентировался я, протягивая пузырек.

При этом слове из кошачьих глаз, как по волшебству, пропала муть.

- Мяяя! – ответил он, махнув лапой.

Потом уселся на пушистый зад, лихо опрокинул в себя валерьянку (куда там алкоголикам!) и требовательно посмотрел на меня. Пришлось, опустившись на корточки, приниматься за распутывание узлов...

Избавленный от постылых украшений Шеф тотчас умчался к жене и потомству. У котят только вчера открылись глазки, и теперь маленькие сорванцы ринулись исследовать мир, и успешности познания немало способствовала способность проходить сквозь стены.

Женщины-то ладно, от неожиданности разве что завизжат или тапочкой кинут, а вот мужчины, тем паче военные, и с клинком наголо могут броситься...

Впрочем, призрачным котятам и это нипочем, но мама-кошка еще не совсем привыкла к собственному эфемерному существованию, а потому ужасно волновалась за маленьких.