Кто крайний или Нагвалей на всех не хватает

Меня можете не ждать, пешком прогуляюсь ― мне не привыкать, ― выходя, обиженно буркнул он и хлопнул дверью.

Машина отъехала от обочины, оставив Дзюбу дышать клубами дыма, а Витечек полуобернувшись к Егору прокомментировал:

— Вот мудила. Все настроение испортил. — Но заметив, что внимание парня приковано к экрану его телефона осторожно полюбопытствовал: ― В интернете залип? Что читаешь?

— Да вот, про осознанные сновидения интересно ребята пишут.

— А, ОСики, ― вдруг оживился Витечек, ― знакомая тема! Я ведь тоже ими увлекался и достиг на этой стезе неплохих результатов.

Даже ПТУ во сне окончил и фирмочку небольшую открыл, которую с помощью одного знакомого чиновника из сновиденной таможни на проездной поменял, ― похвастался с гордостью он, после чего, резко погрустнев, добавил: ― Да только пришлось мне завязать с этим делом.

— Как такое забросить можно? Там же полная свобода! ― недоумевал Платонов.

— Ты прав, Егорка. Можно летать научиться, сквозь стены проходить, стать драконом, деревом, воробьем.

.. А можно и в бордельчик захаживать, реализовывая там свои тайные сексуальные фантазии. На этом-то я и погорел. Была у меня в одном таком заведении подружка Любаша, умеющая в минуты интимной близости превращаться в единорожку. Между нами говоря, ощущения незабываемые. Не смотри ты на меня как на извращенца, во сне и не такое случается, и как ты сам только что подметил ― там ничего не сковывает твою свободу выбора. Кувыркались мы с ней ночи напролет и в итоге я понял, что влюбился, как мальчишка и, будучи ослепленным этим практически позабытым мной чувством, я наивно полагал, что обожаемая мной единорожка испытывала ко мне то же самое влечение. Но к моему огромному сожалению вожделенный объект отвечал взаимностью лишь при условии обязательной финансовой подпитки, что в общем-то характерно для представительниц выбранной ею профессии. Другими словами ― за каждую выдаваемую порцию сладкой сновиденной любви мне приходилось выкладывать не малую долю с таким трудом заработанного и накопленного желайса. В финансовом плане эти отношения, спустя совсем непродолжительное время, стали для меня невероятно обременительными и ощутимо ударили по карману. Встречались мы с Любашей все реже, а я становился все более замкнутым и несчастным. Тогда, не мудрствуя лукаво, я решился на отчаянный шаг ― форсированно взрастить одно из своих давних, спящих до поры в неком подобии анабиоза желаний, существенно увеличив его интенсивность, объем и качество.