Дверь туда

Такую красавицу не замечать невозможно! Но у нас село большое, мы по разным компаниям тусовались, общих интересов нет, да Света и помладше меня будет. Вот только когда она поступила, её родители попросили присмотреть за дочкой, всё же землячка. А как? Я на четвёртом уже, не только курс другой, но и факультет. Да и поселили её в общаге, а я на съёме живу, в другой стороне. Заходила к ней иногда – и всё.

Марина задумалась. Лиза нетерпеливо спросила:

– И она пропала? Полиция ищет?

– Зачем полиция? Светка звонила, с ней всё в порядке.

Тут не выдержала уже Аляни:

– Так что же случилось?

Марина только рукой махнула:

– Загуляла она! Тут же сразу столько поклонников, интересные, не нашей деревне чета, ну и... Соблазны большого города. Нашла какого-то мажора! Встречалась несколько недель, да и уехала с ним на Ибицу. Половину вещей в общаге бросила, даже студенческий. Вернётся через три недели, да её отчислят, наверное, к этому времени: у них с посещаемостью строго. Ну, ей поделом, но меня ругать будут, что не углядела.

А как тут уследить?

– Обидно! – согласилась Лиза.

- Да уж! Полная Ибица!

– Конечно, – поддакнула Аляни и мягко предложила: – Может, мне пока вместо неё на лекции походить? Только студенческий нужен...

– Я принесу! – с воодушевлением пообещала Марина и сразу же подозрительно спросила: – А зачем?

– Преподаватель будет думать, что это она ходит, и пропуски ей не поставит, – выпалила Аляни.

– А тебе какая выгода? – заинтересовалась Марина.

Аляни замялась и бросила беглый взгляд на Лизу.

Та сразу же все поняла и решила помочь подруге:

– Понимаешь, она давно хотела поступить на этот факультет, да все экзамены провалила. И на весенних и летом. А тут такая возможность к этому преподу походить и подтянуть знания! А потом на следующий год сдаст и поступит, – не моргнув глазом соврала Лизка.

Марина колебалась недолго:

– Ладно, сама еле проходной балл набрала – понимаю. Часа через полтора привезу студенческий, расписание захвачу и проведу по универу, покажу где что.

***

Пашка старательно избегал и людей, и эльфов.

Завидев их, он прятался или убегал, и в конце концов совершенно перестал понимать, где находится и в какую сторону надо идти. Хуже того, дорога, по которой он бежал, как-то постепенно превратилась в тропу. Пашка, хоть и устал, но упрямо шагал вперёд, печально раздумывая о дальнейших действиях, и когда спохватился, что редколесье превратилось в самый настоящий густой лес, решил, что поворачивать назад уже поздно. Идти было страшно.