Прощенные СТАРОЕ

Тело окутало белое свечение. Мокрые волосы теряли цвет и становились белыми. Веки дергались, как если бы ей снился кошмар. Из уголков глаз текли черные слезы, словно освобождая девушку от скверны, таившейся глубоко внутри.

Спустя час в Олимпиаду стали кидать камушками, стараясь разбудить. Нахмурившись, девушка медленно открыла глаза, уже не ало-красные, а оранжевые. Она осмотрела себя, но ни одной царапины не нашла. Боль все еще пульсировала по телу. Вспомнилось слова Дока, о том, что у них хорошая регенерация.

Взгляд приспособился к местному тусклому освещению.

На глаза попалась тюремная параша, серые стены, подвесная кровать полная блох, клопов и других милых насекомых. И самая страшная – красная решетка.

Лима, шатаясь, встала и подошла к вертикальным прутьям. В паре метрах от нее находилась такая же решетка только синего цвета, а не зеленого. Внутри камеры сидел страшный и грязный мужик, тупо смотрящий в пол. Именно он кидал в нее камушки.

- Эй, а где это мы? – спросила у него Олимпиада.

Посмотрев в ее сторону взглядом испуганного кролика, заключенный на всякий случай отполз вглубь камеры.

- Не разговаривай с ним, он боится, – ответил ей мужчина, довольно пожилого возраста, тоже весь заросший. Его прутья имели зеленый цвет. Располагался он напротив, но немного левее. Когти, словно у кота, склонность к волосатости. Мужчина миролюбиво улыбнулся. Блеснули острые зубы.

- А почему? – удивилась Лима.

- Ты в красной клетке.

- А что это означает? – еще больше поразилась она.

Мужчина кашлянул:

- Ты не помнишь, за что тебя сюда посадили?

- Нет.

Помню, что вместе с подругой упала в реку, потеряла сознание и оказалась здесь.

- Река быстрая?

- Мы упали с пропасти, и река очень быстрая.

- Тогда понятно, почему тебя сюда посадили.

- А я почему-то не понимаю, за что невиновного сажают в тюрьму? Может, я на голову кому упала, но это же не причина сразу бросать за решетку! Я же ничего никому не сделала!

Собеседник высунулся из клетки.

- Здесь в основном все невиновные, просто признанные этими фанатиками опасными.

Вот этот псих, тоже фанатик, провинившийся перед их божеством, – он кивнул на притихшего мужика. – Скорее всего, они решили, что человек не может выжить после приключение по быстрой реке, поэтому ты здесь.

- Глупость какая-то, – махнула мокрой головой Лима.

- Я тоже так думаю. Меня посадили, потому что я другой расы и у меня мама наполовину женщина-кошка. Я что виноват, что родился с такими когтями? Нет. Я тоже думаю, что нет.