Граф Клыкович

–Гномку? – внёс новое предположение граф.

Алеина прекратила вырываться, возмущённо выдохнула и свела тёмные брови у переносицы.

–Что тебе гномы сделали?

–Аргумент, – вынужден был согласиться вампир. – Тогда гоблиншу.

Проклятье всех вампиров не согласилось и на это.

–Ты что задумал, Клыкович? – вопросила с подозрительным прищуром.

Анис растянул губы в загадочной предвкушающей улыбке и не ответил.

* * *

Тётя Алеины вылетела из дома с вилами наперевес, едва заметила подходящую по лесной тропинке племянницу – и молча унеслась обратно за дверь, когда разглядела за спиной девушки величественную фигуру графа вампиров.

Али жила в деревеньке недалеко от замка, про вампиров тут не просто знали – их собственными глазами наблюдали с пугающей частотой. А потому рисковать собственной шкурой тётя Алеины не стала, решила пересидеть дома.

Анис лишь беззвучно хмыкнул и на миг изогнул уголок губ в усмешке.

Но дальше было уже не смешно. И даже не улыбательно.

–Стой, – в два шага догнав девушку, преградил вампир ей дорогу, напряжённо вглядываясь в заросли травы.

И тяжело пошёл туда, где трава была не высокой, сочной, зелёной, а чёрной, загнувшейся, поражённой смертельной магией.

Граф Клыкоэн подходил без страха – ему, мёртвому, такая магия навредить не могла. Приблизился, медленно присел, мрачно вгляделся в ромашковый венок. Ему, в отличие от травы, ничего не было. Белые цветочки с желтой сердцевиной даже не подвяли.

–Это что же, – раздалось вдруг прямо за мужской спиной, – Ярополк меня проклясть пытался?

Резко обернувшись, Анис яростно зашипел.

–Да, – глухо подтвердил граф, вновь к венку поворачиваясь.

Вглядевшись, с верно растущей яростью считал в «подарке» десяток проклятий на невезение, нелюбовь, провал в любом начинании, безденежье, несчастье... Стиснул зубы, сжал кулаки. Разглядел пару заклинаний на ослабление здоровья, повышенный риск заболеваемости, предрасположенность к неизлечимым болезням.

–Али, – позвал со звоном, медленно выпрямляясь, но не оборачиваясь. Знал, что сейчас его серебристые глаза были налиты кровью, а бледная кожа приобрела пепельный оттенок. Знал и не хотел пугать. – Луна моя, я передумал. Не будем мы ему ничего дарить.

Тихий боязливый шаг позади.

–Не подходи, – тут же вытянул руку назад граф, останавливая, но не поворачиваясь.

И она остановилась.