Пугало

Он взял мое лицо в ладони и начал с любопытством рассматривать его, даже повертел.

- Что, не красавица? - хихикнула я.

- Своеобразная, - оскалился он в ответ, но совсем не зло.

Сверкнула молния, и у меня от восторга сперло дыхание. Свет буквально на секунду осветил до последней черточки его лицо, такое близкое. Он смотрел мне в глаза, и я почему-то не смела отвести взгляд. Внутри все завязывалось узлом, но я не была, как обычно, смущена его красотой. Скорее просто с удовольствием любовалась.

Как теми же молниями. Его глаза чуть светились в темноте и казались какими-то колдовскими. Сердце колотилось в грудной клетке, как птичка, и эти звуки отдавались в ушах…

От воспоминаний я вспыхнула до корней волос. Сердце уже знакомо дернулось, и я сосредоточилась на том, чтобы выровнять дыхание.

- Чет ты аж красный весь… - удивился Руди.

Я мотнула головой.

- Вовсе нет.

- Да это из-за вчерашнего, - улыбнулся Красавчик Руди.

Я поперхнулась собственной слюной, и Руди хлопнул меня пару раз по спине.

- А что вчера было? - спросил друг, и я злобно сверкнула глазами в сторону парня; тот же мечтательно прикрыл глаза.

- Любовались грозой! Промокли немного, может захворал?..

…он наклонился, все так же не закрывая глаз, и прикоснулся своими холодными и мокрыми губами к моим, совсем легонько, почти неощутимо. Прижался теснее и спустя мгновение приоткрыл губы, приоткрывая заодно и мои. Скользнул языком по нижней губе, и я вспыхнула от контраста.

Губы были уже, наверное, синие от холода, а его язык такой горячий, что я шумно выдохнула и подалась поближе, будто тянулась за теплом.

Одного движения навстречу хватило, чтобы он тут же прижал крепче к себе и скользнул языком внутрь. Ощущения были незнакомыми, но такими яркими, что я застонала ему в губы и попыталась отстраниться. Он потянулся за мной, не отпуская из плена своих губ, мурлыкнул что-то довольно и прижался только сильнее.

В голове было перекати-поле, а тело в противовес под завязку наполнило новыми ощущениями. Коленки дрожали, уши заложило, а внизу живота что-то то ли скрутилось, то ли распустилось.

Не знаю, сколько мы так целовались, но в реальность я вернулась, только когда будто сквозь вату услышала собственный приглушенный стон. Я, уже подмятая им, лежала на земле, а его руки залезли под рубашку.

Я поражено замерла. Вдруг вернулись и звуки, и мысли.