Пугало

Раньше его забавляло ее дразнить, смотреть, как она от раздражения морщит нос и не знает, куда бы спрятаться или как его от себя отвадить… Краснела, глаза прятала, а все равно отталкивала! И зачем? Мило…

Но когда она первый раз на него посмотрела… по-настоящему - когда же это было? Когда они гуляли в Тирске? Или когда его та девчонка подставила? Или когда?.. В общем, когда она на него посмотрела, так будто он что-то для нее значит, а не так - мимо проходил, дразнить перехотелось. Захотелось, чтобы она смотрела так на него всегда.

Нежно, внимательно, слегка обеспокоено.

Ну или вот как сейчас! Красавчик усмехнулся тихонько, глядя в ее подернутые пеленой темно-серые, как затянутое тучами небо, глаза. Обычно эти глаза смотрели цепко, с легким любопытством и не особенно вовлечено в происходящее, словно затишье перед бурей, а сейчас в них копились чувства, готовые вот-вот выплеснуться. Мило.

- А ты довольно чувствительная, да? - спросил он без задней мысли, когда она вздрогнула от легкого поцелуя в плечо.

Она вдруг вскинула на него взгляд, нахмурилась и покраснела почти до слез.

- Ох, - только и смог выдохнуть парень, с радостной улыбкой наблюдая за ее реакцией.

Мило!

Он провел ладонью по заалевшей скуле, большим пальцем чуть оттянул ее нижнюю губу и поцеловал - глубоко и даже развязно, чтоб еще сильнее ее смутить. Ведь теперь ее это не злило, а только заводило больше, так почему бы не побыть развратным? Она застонала в его губы, и он уверенно прошелся рукой от шеи - по небольшой упругой груди с уже затвердевшим соском, по плоскому животу - до лона, и обнял его ладонью, не проникая пальцами внутрь, а только сжимая и поглаживая мягкие складки.

Она дернулась, распахнула глаза удивленно.

- Ты!.. - выдохнула девушка, пытаясь закрыть рукой лицо; но бедра сжала, пусть неосознанно, но не желая отпускать его руку и приподнялась вслед за ней, стоило чуть отодвинуться.

- Не прячь лицо, - прошептал парень с улыбкой, - Ну не прячь! Такая красивая, дай посмотреть…

Он сам аккуратно, без силы, отодвинул ее руку, и начал целовать веснушки на лице - нежно, едва касаясь.

И от того, как ласково, даже невинно он целовал ее лицо и шею и как, в противовес, уверенно и нагло трогал ее внизу, она распалялась только больше. Открывалась ему, постепенно забывая про наносное смущение, цеплялась за плечи, оглаживая приятно перекатывающиеся под ладонью мышцы, сама жалась ближе, чтоб ощутить в этот холодный день жар его кожи.