Комфорт гарантируется

Гусейнов никогда не любил эти последние прощальные минуты. Он с удовольствием вышел бы во двор и подождал там, но вчерашние указания Мичмана на этот счет были однозначными – из квартиры самому никуда не выходить.

Вчера вечером Гусейнов несколько раз подходил к окну и аккуратно смотрел из-за шторы вниз, во двор. Джип с тремя охранниками был на месте.

Он и сейчас находился там.

Это не могло не нервировать.

Гусейнов поднялся с дивана и в очередной раз подошел к окну. Он увидел, как к джипу подъехали еще две машины.

Гусейнов повернулся к Варваре.

– Приехали, – сообщил он. – Я должен идти.

– Я провожу тебя до двери. – Варвара тоже поднялась с дивана.

– Не стоит, Варя. Я не люблю этого. Дверь я захлопну.

Гусейнов поднял с пола сумку, и в тот же момент раздался телефонный звонок.

– Марат, двое моих людей возле твоей двери.

– Да, я иду.

Уже держа сумку в руках, Гусейнов подошел к Варваре:

– Я люблю тебя.

– Я тоже. – Она обняла его за шею и поцеловала. – Пожалуйста, будь осторожен.

Дорога до порта заняла не более тридцати минут. За это время Гусейнов успел полностью экипироваться. Приезжавшие в порт челноки из-за обилия одежды всегда выглядели несколько крупнее, чем были в реальности. Джинсы и свитер, в которых Гусейнов приехал в порт, были на несколько размеров больше, чем те, в которых он вышел из дома и которые снял с себя в машине.

– Через три часа мы с Юрием Петровичем вылетаем в Японию, – сообщил ему по дороге Владик. – Так что насчет встречи можете не волноваться. Но о том, что Юрий Петрович будет присутствовать в Японии лично, распространяться не следует.

Формальный таможенный досмотр занял совсем немного времени. Мичман находился в прекрасных отношениях с таможенным руководством, и людей, работавших на него, практически не досматривали.

Хмурый таможенник бегло просмотрел загранпаспорт моряка и вернул его Гусейнову.

Загранпаспорт моряка – это совершенно особенный документ, который делает возможным ввоз иномарок из Японии в Приморье.

Львиная доля всех иномарок – около девяноста процентов – ввозится именно таким способом.

По обычному загранпаспорту выйти в рейс строгие таможенники, свято соблюдающие закон, разумеется, не позволят.