Не дареный подарок. Морра

Со стороны это выглядело забавно. Черная шкура вздыбилась, зашевелилась и сползла на песок, а передо мной, брезгливо стерев со щеки прилипшую чешуйку, уже сидел бледный, но вполне человекообразный Кадай.

— Линька, чтоб ее, — проворчал он, передернув плечами.

— А зачем...

Не дав закончить, он потянулся ко мне.

— Хочу удостовериться, что ты не врешь. — После чего последовало властное: — Снимай.

Кадай дернул меня за ногу, требуя, чтобы я сняла штаны.

— Да сейчас, размечтался!

Быть может, я не так уж и долго была человеком, но точно знала, что неприлично оголяться перед посторонними.

— Морра, ты, конечно, все очень правдоподобно описала, но есть одна небольшая деталь, которая опровергает все твои слова.

— И какая же?

Я попыталась вырвать свою ногу, но аспид держал крепко. Словно это и не бледные пальцы сейчас сжимали мою щиколотку, а одно из черных, лоснящихся колец змея.

— В человеческом облике мы стерильны.

— Да-да, Илли говорила, что нечисть в таком виде бесплодна, но на всякое правило можно найти исключение.

— Это непреложный закон природы, Морра. Женщина не может понести. Поверь, я проверял.

— Чего?!

— И с человеческой женщиной проверял, и с нечистью, — с каменной физиономией признался он. Потом странно на меня посмотрел и так задумчиво протянул: — С бракованной рагрой, правда, еще не пробовал...

— Я тебе нос откушу, — тихо пообещала одна бракованная рагра.

Но гад не успокаивался.

— Да брось, Морра. В качестве эксперимента...

— И Ровану нажалуюсь.

Мою ногу тут же отпустили.

— Ну нет, так нет, — поспешно проговорил он. — Но ты точно уверена, что у тебя все женские процессы в активном состоянии?

— Я не уверена, но уверены Аррануш и лекарь, которая меня осматривала.

Кадай хмыкнул и подполз ко мне, чтобы сесть рядом.

— Знаешь, а мне тебя жалко.

— С чего бы это?

— Нечисть с исправно функционирующей человеческой ипостасью... — Приобнял за плечи и тихо, зловеще так проговорил: — Директор твой тебя теперь в покое не оставит.

Я невольно поежилась.

За спиной, из коридора, послышалось странное ворчание. Крачитт медленно, с полным осознанием своего превосходства над противником, забирался в вольер.

— И как только этот кретин его подчинил, — пробормотал Кадай, медленно меня отпустив.

Пока он поворачивался к противнику, я так и сидела, вывернув шею и глядя на незваного гостя. Талас был совсем рядом, большой и безжалостный.