Не дареный подарок. Морра

Задыхаясь от возмущения, я уже давно перестала гладить генерала, невидяще глядя перед собой. Конечно, по ощущениям состояние волос и кожи несколько улучшилось, но мне все равно не давали покоя воспоминания о вчерашнем кошмаре.

— Привыкай, — велел безжалостный Кадай, которому точно не приходилось участвовать во всех этих маленьких женских радостях.

Уход за собой... Да мне всю жизнь хватало одного вылизывания в сутки, чтобы чувствовать себя прекрасно!

— Возможно, это к лучшему, — Рик лежал чуть поодаль, растянувшись на песке во всю свою длину, — научишься быть девушкой.

— А сейчас я не девушка? — возмущение мое было таким... человеческим.

— Сейчас ты очень дикая, — приоткрыл один глаз кот, — неправильная девушка.

Вот вам пожалуйста. Пришла за поддержкой называется.

— Потерпи, — глухо рыкнул линорм, — может, она съедет.

— Не съедет уже, — проворчала я, завалившись назад. Потолок в вольере очень правдоподобно притворялся небом. Затянутым тучами, серым небом.

— Кадай! — громкий голос Керста нарушил ленивое молчание, царившее в вольере.

Аспид раздосадовано зашипел, но послушно пополз на выход. Такой смирный, послушный, исполнительный змей.

Проводив его взглядом, Рик дернул задней лапой.

— Надеюсь, Тайс с ним не пришел.

Тайс не пришел, как и Илис. Зато спустя часа два, можно сказать, глубокой ночью, нагрянула рассерженная Ная.

Я дремала под боком у генерала, удобно устроив голову на илистом коте, и совсем не хотела возвращаться в общежитие. Зато этого хотела моя властная соседушка.

Она пыталась найти меня у Илиса, который и сдал мое местоположение. Не поленившись, Ная пришла и с удовольствием рассказала о том, как она обо мне беспокоилась и как искала, после чего, не церемонясь, за шкирку, подняла на ноги и рявкнула на кота, требуя, чтобы он убирался к себе и можно было закрыть вольеры.

— Какая женщина!

Щуря наглые желтые глаза, Рик с достоинством удалился.

Построив всех, Ная, гордая собой, потащила меня прочь из вивария.

Моя жизнь никогда не была простой, но в последнее время стала уж слишком проблемной.

Глава вторая. Неестествознательная

В свою комнату Илис вернулся в одиннадцатом часу ночи, что лично меня очень возмутило.

— Свет-то зачем было включать? Тут же люди спят, между прочим, — проворчала я, натягивая одеяло повыше и отворачиваясь к стенке.

— Морра?

Я молчала, собираясь продолжить то, что так бессовестно прервал Илис — мой здоровый, крепкий сон.

— Морра. — Беспомощная констатация факта.