Ходячее недоразумение в академии Примы

Я даже головой мотнула.

Спускались мы довольно долго, и я ужасалась, представляя, как потом придется подниматься по этим ступенькам вверх.

Наконец, в конце коридора появился свет, и мы вышли в самый настоящий просторный грот, по всему периметру которого располагались небольшие озерца, но фосфоресцирующий фиолетовый свет не давал усомниться в том, что они непросты.

Вообще, зрелище, предавшее перед нами, завораживало, а загадочные отсветы на стенах грота и наших лицах добавляли происходящему волшебства и очарования.

И тем меньше со всем этим вязалось рабочее место Зимакваи.

— Кх, кх! — раздалось сбоку.

Я чуть не подпрыгнула, повернула голову и увидела составленные буквой П самые обычные офисные столы с компьютером, несколькими мониторами, аппаратом, который совмещал принтер и сканер, и кипой бумаг. В общем, современное такое рабочее место, я бы даже сказала — ультрасовременное. И во всем этом царила она — Зимаквая, та самая жаба, которая обладала расплывшимся антропоморфным телом зеленого цвета.

Один из трех фиолетовых локонов — больше волос у нее не было — она кокетливо накручивала на зеленый палец, который заканчивался острым когтем с розовым маникюром.

— Зимаквая, голубушка! — воскликнул дед, расплываясь в приветливой улыбке. — Как я рад тебя видеть! А ты все хорошеешь!

— Ах ты, старый развратник, — махнула она рукой и засмущалась. Мы с мамой переглянулись и заинтересованно покосились на деда. — Хоть бы зашел когдквуа не по делу, чайкву бы попили.

Это полезно для здоровья, честно тебе говорю!

— Зимачка, ты же знаешь, я себе не принадлежу. Служба…

— Служба у него, — погрустнела эта жабоподобная женщина и раздраженно спросила: — Ну, что там у тебя сегодня? Таки эти две ведьмы?

— Сегодня у меня для тебя небольшой презент, — и он из ниоткуда достал коробку с тортом странного болотно-зеленого цвета.

На лице дамы появилась довольная улыбка:

— Мой любимый, из водорослей птихинского озера? Ты ж мой дорогой!

— А как же, Зимачка! Разве я мог забыть твои предпочтения!

И пока дама отвернулась к какому-то запищавшему прибору, быстро заменил коробку на другую — с тортом чуть более насыщенного цвета.

Мы с мамой наблюдали за этим широко раскрытыми глазами. Дед на это лишь пожал плечами, мол, забыл, что ей нравится, с кем не бывает, и снова обратил внимание на Зимакваю.

— Так что ты там хотел? Зимаквая слушает и готова все сделать!

— Внучку мою легализовать нужно.