Принцесса для советника

Свободных номеров в гостинице не нашлось, а селиться в другой, даже за счёт Андриана, девица отказалась наотрез.

Лола панически боялась оставаться одна среди людей. О том, что выручивший ее мужчина, вообще-то тоже человек, она как-то не задумывалась. Андриан категорически не воспринимался ею как угроза. Скорее, как надежная защита.

- А о репутации ты подумала? - поинтересовался советник, глядя в ее спину. Она деловито осматривала его номер, проверяя подушки на клопов, а воду в ванной на ржавчину. Лола пожала плечами, не отвлекаясь от обнюхивания полотенец.

- Моей репутации уже ничего не повредит. Хуже ночевки на сеновале в деревне не будет.

- Я вообще-то о своей. - хмыкнул Андриан. - Я почти женатый человек. Как бы слухи не пошли.

- А об этом думать надо было раньше. Сам обьявил меня ассистенткой, теперь бери на себя ответственность.

И пока ошарашенный подобным поворотом событий Андриан хлопал глазами, девушка победоносно захлопнула за собой дверь ванной.

Не побежала во двор, к нужнику для постояльцев победнее, озадаченно отметил для себя он очередную странность.

Водопровод и канализация, гномье изобретение, дошло до людей сравнительно недавно, и повсеместно распространиться еще не успело. Если подземные коммуникации люди строили своими силами, то трубы и сантехника доставлялись исключительно с гномьих территорий, стоили бешеных денег, и абы где не устанавливались.

В этом городе подобная роскошь была только в домах знати и трёх номерах-люксах «Землекопа».

Откуда же она, что так запросто относится к благам цивилизации? По одежде, похоже, простолюдинка, но знает же она откуда-то, как пользоваться умывальником? Вон, вода зажурчала. Может, прислуга из богатого дома? Андриан поморщился. Только разборок со знатью из-за какой-то девки ему сейчас не хватало.

Хозяин домогался, или украла что, а может и то, и другое.

В дверь учтиво постучались, или даже поскреблись.

- Да! Входите! - раздраженно рявкнул Андриан. Чем он был раздражён больше, неизвестным прошлым девицы с сомнительной репутацией, или своей в нею заинтересованностью, он и сам не знал.

Дверь приоткрылась, в проеме показалось краснощекое и усатое лицо господина Ерсуса, хозяина гостиницы.

- Вам просили передать, как только вы заселитесь. - усач почтительно протянул на подносе светло-голубой конверт из дорогой шелковой бумаги.