Глубокое озеро Чар 2

Экипаж помчался по заснеженному лесу, а мужчина, рванув на девушке полушубок, вцепился зубами в худое плечо. София закричала, а он захохотал, тиская её и до боли сжимая нежную плоть.

- Терпи! Терпи! Тебе ещё много пережить придётся!

София чуть ли не теряла сознание от страха и боли, а экипаж, словно птица почти летел по воздуху, управляемый ужасным желтоглазым извозчиком, а за ним неслось воронье, пронзая снежную круговерть.

Поместье, спрятанное в лесу, было мрачным, как и его хозяин. Напуганная и истерзанная София с ужасом смотрела на запустелый двор и раскрошившийся мраморный фонтан.

- Пойдём. Не будем терять времени. - Алексей Потапович потащил девушку к ступеням, ведущим к входу в поместье. - Повеселимся! Ты же девственница, София? Иначе выпорю до полусмерти!

Бедная Соня уже сто раз пожалела, что совершила глупость и пошла с ним, но уже было поздно корить себя.

- Боязно? - хищное лицо с горящими глазами склонилось над ней.

- Главное, что моя семья не умрёт от голода, - дрожащим голосом ответила Соня, ежась под ледяным ветром.

- Ну, не знаю... не знаю... - мужчина разжал ладонь, и девушка с ужасом увидела на ней золотые монеты. - Мое золото всегда возвращается ко мне. А деньги уже давно превратились в прах. Колдовство, милая, наивная София... колдовство...

- Вы не можете так поступить! Не можете! - она попыталась вырваться, но Алексей Потапович больно схватил её за волосы, выбившиеся из под платка:

- Могу! Я все могу! Давай, пошла!

Соня впилась зубами в его руку, и он ударил её по лицу.

- Ах, ты так, значит?! Ну что ж... хорошо... Никифор! Никифор!

Словно из-под земли возле них появился извозчик и, исходя злобой, Алексей Потапович приказал:

- А вернись-ка ты голубчик и сверни шеи всем этим нищим попрошайкам. Нечего им землю коптить!

- Как скажете батюшка. Не извольте волноваться, - гадко усмехнулся извозчик и исчез.

- Нет! Нет! - закричала Соня, но её крик, подхваченный вьюгой, растворился в тёмном лесу.

Прошло несколько дней, но Соня не ощущала времени. Лишь боль, жуткая и всепоглощающая овладела её сознанием. Дьявол, в человеческом обличье, терзал её бедное тело и наслаждался криками боли и ужаса. Но самое страшное, случилось, когда Никифор притащил в окровавленном мешке головы её братьев и сестры. Её мучитель, по одной показывал их рыдающей Софии и смеялся, смеялся...