Из Товарда в Ленциг

Почему вы решили навестить меня в час царствия дочери Моррэса, Siani? 

Девушка проследила за взглядом эльфа и догадалась, что речь шла о луне. 

— Отцу не нравится, когда я общаюсь с кем-то, кого он не одобряет. Тем более с…

Она не закончила, но оба прекрасно всё поняли.

— Скажите мне, Siani…

— Я тебя стукну, если ты ещё раз меня так назовёшь. Моё имя Элли. Помнишь?

Он неуверенно кивнул.

— Скажи мне, Элли. Ты пойдёшь с Кандаром к сэйнтиру? А потом родишь ему много-премного детей? 

Она даже рот открыла от изумления.

А затем её аккуратные бровки рухнули к переносице.

— Ну ты и дурак!

— Я снова вас обидел?

Элли быстро взяла себя в руки и не позволила эльфу опять припадать на колени. 

— Почему ты это спросил?

— Я хотел знать, дорог ли он тебе. 

Эллия отвернулась и долго молчала, а он не смел на неё взглянуть.

— Нет, — наконец ответила она. — Он гадкий плут, каких ещё стоит поискать. Просто так нужно.

— Кому? 

— Отстань.

Не хочу отвечать. 

Она отвернулась, и Найдёныш пожалел обо всех своих вопросах. Но тут же ему в голову пришла идея.

— Эллия, скажи мне своё самое заветное желание. 

Настроение юной девушки переменчиво, как ветер в море. 

— Что? Зачем тебе это знать?

— Скажи, прошу тебя.

Эллия не могла устоять, видя столь искреннюю мольбу в глазах собеседника. 

— Я хочу когда-нибудь увидеть океан. Говорят, он очень большой, как гигантское сине-пресинее покрывало, и у него нет ни конца, ни края.

Я видела рисунок в одной папиной книжке. Там красивый корабль качался на крутых волнах. Вот бы когда-нибудь на таком покататься.

С последним словом, мечтательный блеск пропал из её глаз, и она снова нахмурилась.

— А тебе-то что с того? 

Найдёныш не ответил, и его взгляд изменился. Неожиданно всё вокруг затопил янтарный свет. Когда Эллия, наконец, смогла распахнуть глаза, она почувствовала, что пол уходит из-под ног. Девушка вскрикнула, начала падать, но её тут же подхватили крепкие руки.

Рядом стоял Найдёныш. 

— Как тебе всё это? — спросил он с улыбкой.

Эллия собралась было нагрубить ему, но только теперь осознала, что прекрасно видит его лицо. Она оглянулась и охнула. Они стояли на носу корабля: скрипело дерево, в ушах свистел ветер, ноздри щекотал запах соли. Слух же услаждал ранее не слышанный, но будто бы давно знакомый плеск волн. Девушка завизжала от восторга.