Криминальные прогулки

«Огляжу движок снизу...» — подумал он, после чего дохнул на зеркальце и протер его рукавом.

Корнев уже хотел было послать Ингу куда подальше, как она вдруг резко изогнулась в пояснице и, потеряв равновесие, зашаталась. Он инстинктивно попытался подхватить ее, но Ингу внезапно бросило вперед, и с размаху она налетела виском на костяшки несущейся к ней кисти жилистой руки Корнева. Удар был сильным.

— Ох... — выдохнула она и, схваченная под мышки несостоявшимся покупателем, повисла на его руках.

— Эй, эй! — встряхнул ее Корнев.

— Ты что?

Но Инга была без сознания. Висок — дело серьезное.

«Только этого мне не хватало! — лихорадочно пронеслось в голове Корнева. — Как же теперь быть-то?! Бросить ее здесь? А если она коньки откинет? Или даже просто проваляется тут какое-то время, прежде чем очухаться? Кругом же люди! Этот дед вон на своем тарантасе! Вызовут ментуру, начнут разбираться, что да как... На хрен мне это нужно?!»

Корнев быстро посмотрел на деда, больше всего сейчас опасаясь столкнуться с ним взглядом.

Но дед в это время склонился над своим движком, выпятив в сторону джипа костлявый зад с торчащей из заднего кармана брюк отверткой.

«Значит, он ничего не видел! — обрадовался Корнев. — Не видел! Так, может, я тогда...»

Решение пришло молниеносно. Он осмотрелся по сторонам и понял, что свидетелей только что случившейся между ним и Ингой сцены не было, да и не могло быть: кафешка не работала, окна ее были закрыты металлическими ставнями, а из проносящихся мимо машин вряд ли что можно было заметить.

Уж, по крайней мере, его внешность и номер джипа точно бы никто не запомнил...

Корнев подхватил Ингу правой рукой, а левой открыл дверцу автомобиля. Довольно небрежно (зато быстро) положил девушку на заднее сиденье, так что она чуть не свалилась с него, и только ее безжизненно свесившаяся рука, уперевшись в пол локтем, помешала ей провалиться в щель между диванчиком, на котором она лежала, и спинками передних кресел.

— Где у тебя ключи-то?.. — бормотал Корнев, обшаривая ее карманы.

Наконец он нашел их, быстро сел за руль, завел машину и помчался в направлении Тулы.

Николай Степанович видел все. И удар виском, и вороватые оглядывания красно-черного мужика, и то, как он поспешно бросил девушку в машину, и то, как рыскал по ее карманам. Склонившись над капотом, Кудряшов наблюдал все это в зеркальце.

— Ишь ты... — проговорил он, отложив его, и незаметно, из-под руки, проводил взглядом уезжающий «гранд-чероки».