Отсюда туда

Тот взял ее дрожащими руками и почему-то заглянул внутрь, словно ожидал там что-то найти.

- Давайте, – неуверенно сказал он.

Вместе они вышли на галерею, что опоясывала циклопических размеров стену замка Термобурдт. Первые пару шагов прошли нормально, потом вдруг камень под их ногами вздрогнул.

- Вот уже два дня такая дрянь творится, – буркнул младший надзиратель. – Стоял неколебимо всегда, а тут вдруг дрожать начал.

Лишенный и ежесекундно лишаемый мимоаги замок еще держался. Николай со своим спутником без приключений прошли по галерее до большого балкона, за которым была перемещательная комната.

Там Николай остановился, чтобы полюбоваться открывающимся видом на огромный город, привольно раскинувшийся перед ним на склонах нескольких холмов.

Гартомальдур – один из самых древних и точно один из самых красивых городов на Тамокане. Он расположен в устье реки Аратта и славен, в первую очередь, своими арочными мостами – они, числом шесть, грациозно изгибались перед взором Николая – ближайший был едва ли не у него под ногами, а последний терялся в далекой дымке, за ним виднелась бескрайняя гладь океана Варвай.

Прямо перед ними был виден Дворцовый парк с ярко-зелеными подстриженными деревьями, дорожками, фонтанами и синими квадратами искусственных водоемов, соединенных прихотливой сетью каналов. За парком высилась громада Дворца Капитула, с его ступенчатыми уровнями, неисчислимыми башенками, переходами, смелым смешением плоскостей и изгибов. Влево и вправо веером расходились широкие улицы с нарядными домами – при каждом был свой собственный ухоженный сад.

И над всем этим великолепием парила уже знакомая Николаю карета. Пока он с радостным удивлением созерцал ее полет, она приблизилась настолько, что он увидел ее пассажиров: Виндамора, Симогала, Фирамелу и какого-то древнего старика, который, казалось, спал. На крыше кареты чернел большой сундук, окна были открыты, занавески колыхались в воздухе.

Николай, подняв руки, радостно заорал.

Пассажиры кареты заметили его, карета изменила направление своего движения, но тут второй надзиратель Памарома открыл дверь, которая вела в перемещательную комнату.

Вообще-то открывать ее, то есть дергать за ручку, он начал как только они добрались до балкончика. Некоторое время замок держался, но и ему пришлось в итоге сдаться, так как он тоже работал на мимоаге.

К сожалению, именно в этот момент через коммуникатор перемещался большой груз мимоаги.