Марья-Царевна

— Но разве я говорил, что согласен на Варваре жениться? Разве я об этом сказал?!

— Откуда мне знать? Я не весь твой разговор с будущими родственниками слышала! — огрызнулась я.

— Вот именно! — припечатал Белогор. — Дослушала бы, а потом виноватым делала, если бы было за что!

Глаза колдуна от злости блеснули зеленью…

А потом вдруг резко и волосы побелели, и лицо изменилось, проявив истинные Наволодовы черты.

— Эй, друг, — тихо сказал Финист, оглянувшись. — Ты это чего? Понимаю, нервы сдают, но человечий облик-то верни, а то хозяин заподозрит чего недоброе, да вновь за дубинку возьмется.

Белогор… нет, уже не Белогор — Наволод удивленно посмотрел на него, потом с неменьшим удивлением уставился на побледневшую кожу рук и белоснежные пряди:

— Хм? Я, вообще-то, и не собирался его снимать…

— Я чувствую что-то странное, — перебил его внезапно обеспокоившийся посох. — Вернее, странно то, что я ничего не чу…

Яр неожиданно замолчал. Глаза черепа потухли, а нижняя челюсть безжизненно отвалилась вниз.

— Не поняла?.

Охнув, я бросилась его поднимать и вот тут окончательно испугалась, потому что в руках оказался обычный хлеб! У Колобка исчезли руки-ноги, пропали глаза и рот. Сейчас это был простой ком запеченного теста.

Я бережно положила его на стол, ровно в тот момент, когда, тревожно тренькнув напоследок, замолчали гусли-самогуды.

— Сдается мне, не к добру это все, — с тревогой пробормотал Финист и посмотрел на Наволода. — Хватай Марью и уматывайте по Тропе отсюда.

— Согласен. Уходим, — кивнул тот и, схватив меня за руку, быстрым шагом направился к выходу.

Сопротивляться и не подумала. Выяснение личных отношений — это одно, а перспектива реальной опасности — совсем другое. В этом случае, как бы я к Наволоду ни относилась, от защиты Белого князя отказываться глупо.

Финист бросился следом.

Едва мы оказались на улице, Наволод провел правой рукой сверху вниз, открывая Тайную Тропу.

— Ко мне пойдем. Там и договорим… — он осекся и удивленно уставился на пустоту перед собой.

До меня дошло мгновением позже. Тропа не открылась!

Мимо нас вперед рванулся Финист. В два прыжка миновал крыльцо и бросился на землю, знатно приложившись об оную головой.

И — ничего!

Встал, оглянулся смущенно, отряхнул одежду и повернулся к нам:

— Странно. Не могу облик соколиный принять. Будто и нет этого облика вовсе. Что происходит-то?

— Магии нет, — мрачно произнес Наволод.