Марья-Царевна

Ну это… это вообще офигеть! Да какое он имеет право меня тут удерживать?! Да я…

Я вдруг осознала, что капитально попала.

— И чем прикажешь заниматься? — со смесью растерянности и злости выдохнула я. — Сколько ты там сказал? Пятьдесят лет? 

— Через пятьдесят лет я только подумаю, что с тобой дальше делать, — поправил Карачун. — Так что ты в сроках меня не ограничивай. А чем заниматься? Ну, можешь, вон, из льдинок слово «вечность» повыкладывать…

— А слово «жопа» можно? Оно короче, — огрызнулась я.

— …А можешь с дочкой моей пообщаться, — проигнорировав, как ни в чем не бывало продолжил он. — Снегурочка — та еще затейница, велела себе из вашего мира телевизор притащить. Целыми днями кино смотрит. Да не только смотрит. Она у меня этот, как его… ре-жис-сер она у меня.

Я несколько оторопело посмотрела на Карачуна:

— То есть как — режиссер? У нее здесь театр, что ли, свой? Или киностудия?

— Зачем киностудия? — дед довольно откинулся на спинку ледяного трона. — Чародейка она с фантазией, колдовство такое учудила хитрое, что я аж диву дался.

Мысли свои да желания прямо в ваш мир передает. Как раз в головы тем, у кого театры и киностудии. 

Вот тут я окончательно потеряла дар речи от масштаба окружающего сюрреализма. Это что ж получается…

— Так что, глядишь, и ты себе забаву какую найдешь. А то, честно признаться, все эти ее супергерои мне уже в печенках сидят. Чего только не выдумает! То человека с пауком скрестит, то с осой, а то вообще выдумает, будто кто-то из старых Богов с тропы вернулся и по миру шастает с молотом заколдованным.

И ладно бы себе развлекалась, так она мне это все пересказывает, да фильмы потом смотреть заставляет. Успехами хвастает. А дочь ведь — отказываться нехорошо… н-да.

Я с усилием закрыла рот. 

— Так что пусть уж лучше она тебе все это показывает и рассказывает, — подвел итог Карачун. — А то у меня тут дел по горло. — Он провел ребром ладони в вышивной рукавице по белоснежной бороде. — Недосуг мне с тобой более разговоры вести.

Иди, давай, к дочке, через пятьдесят лет увидимся.

С этими словами Карачун хлопнул в ладоши и вокруг меня взвихрился снег. Я отступила на шаг, заслоняя от колючих снежинок лицо рукой. А когда посмотрела снова, то увидела, как прямо ко мне подходят…

Вы серьезно? Снеговики? С морковками вместо носа и ведрами на голове?

Однако, когда я пригляделась, поняла, что это не морковки, а носы, хоть красные и огромных размеров.