Оттуда сюда

Понимаете, фокусирующий луч описал дугу и…

- Да плевать мне на дугу! Ты мне скажи – что мне делать? 

- Вам надо найти их и вместе с ними осуществить возвратный переход, – деловито сказал Виндамор. – Без этого он не сработает. Нужны вы все.

- А если я их не найду, что тогда?

- Тогда вы рискуете остаться в том месте и времени, в котором оказались. Навсегда. Ну, или пока мы не организуем экспедицию по вашему извлечению.

Николай рассвирепел.

- А где же мне их искать? – чуть не завопил он. – Их, наверное, давным давно уже повязали тут! Языка не знаю, одежда черт знает какая…

- Все предусмотрено, – поджал губы Виндамор.

– Это вам не спонтанный переход! Все переходящие снабжены одеждой и обувью, соответствующей текущей моде и погоде, а также начальными знаниями языка того места, которое собираются посетить. Мы что тут, играемся?

Магистр Второго ордена, похоже, крепко обиделся.

- Ладно, ладно… но где же их искать?

- Я думаю, – чопорно сказал портрет, – вам лучше это знать. Мир-то ваш, только немного временем ошиблись.

 

Николай погрузился было в раздумья, но был быстро выведен из него попытавшимся его пнуть поросенком.

- И еще… тут одна проблема у меня…

- Какая?

- В общем, на переходе я попал в кабинет нашего… тогдашнего руководителя.

- Вас арестовали?

- Нет. Но я тут осуществил… воздействие.

- Какое?

- В общем я превратил его… в животное.

- Зачем?

- Откуда я знаю, зачем? Оно как-то само…

Виндамор посмотрел на своего бывшего хозяина как директор школы на нашкодившего первоклассника.

Николай покраснел.

- Я совершенно не компетентен втакого рода вопросах, – медленно проговорил он. – Думаю, лучше будет подключить к нашему разговору уважаемого Бубаса.

- А можно? – жалобно спросил Николай. Виндамор проигнорировал его вопрос и отвернулся. Откуда-то снизу послышался стон – поросенок во все глаза смотрел на портрет, изображающий затылок и лысину вождя мирового пролетариата. Потом он вопросительно посмотрел на Николая.

- Откуда я знаю, – ответил тот на немой вопрос. – Тамоканская магия.

Или что там у них…

Портрет Ленина развернулся к ним лицом, одновременно с этим раздалось покашливание слева, со стороны портрета, на котором был изображен Карл Маркс. Изображение яростно гримасничало, нарисованное лицо постепенно превращалось в лицо старобайского мага. Его бурая борода и всклокоченные волосы идеально вписались в образ основоположника научного коммунизма.

- Чего оно так чешется-то? – спросил Бубас, скосив глаза на кончик собственного носа.