Юные годы заклинательницы духов Кетрин Ренс. Том первый.

Так что единственным ее информатором мог выступить ближайший друг Афри и ее защитник – Тик. Уж с ним-то она справится. Да и где живет этот чурбан, Кет помнила.

По крайней мере, девушке хотелось в это верить.

Вот только пришла в голову сия гениальная мысль, когда Кет протопала по берегу Малоги добрый километр. И, пожалуй, отсюда по деревне пройти было бы куда как быстрее, но конспирация требовала осторожности.

Хотя так, наворачивая круги вокруг деревни, дочка волшебников и местное зло во плоти выглядела всяко подозрительнее.

Не говоря уже о том, что на уже убранном картофельном поле девушка была видна как на ладони. Но об этом она задумалась, лишь перебираясь через забор одного из окраинных домов, соседнего с домом Тика. От бдительных крестьянских глаз спасал разве что вновь закапавший дождик, да послеобеденный отдых деревенских.

– Во имя всех темных богов, что я… – себе под нос пробормотала Кет, пробегая между хлевом и сараем к следующему забору, за которым виднелся и вправду знакомый дом.

Пробравшись под перекладиной очередного забора, благо тратить доски на деревянную стенку, которую лет через десять придется менять на новую, деревенским в голову не приходило, так что особого труда перемещения Кет не представляли.

Вот только стоило девушке шагнуть во двор, как она нос к носу столкнулась с местным сторожем: псом неопределенного песчаного цвета в черных пятнах. Тот пробовал было тявкнуть на незваную гостью, отрабатывая свою требуху да редкие кости, но звук застрял в его горле, обратившись неуверенным визгом, стоило ему понять, что за чудовище предстало перед ним.

Попятившись назад, пес, едва не споткнувшись, припустил под крыльцо, откуда уже и заголосил, будто ему на хвост уронили наковальню.

Кет закатила глаза. Конечно, подобная реакция крайне удобна, когда гуляешь по лесу, но этот жалкий визг все же как-то чересчур. Но не успела она прокомментировать случившееся, как со стороны дома раздался шум: как видно, хозяева услышали визг живого звонка, так что лазутчице стоило быстрее придумать, что говорить.

Да только об этом она как-то не подумала, так что вместо этого сломя голову бросилась в сарай – дверь, к счастью, оказалась открыта, – скрывшись в нем за мгновение до того, как кто-то вышел на крыльцо, забранив пса за пустой лай женским голосом.

Сама же Кет, опершись о поленницу, терла ушибленный о дверной косяк лоб, скуля не хуже пса.