Древопасы

Пригнуться успели совсем не многие. Блюдо врезалось точно в лоб только начавшего подниматься тролля, вновь доводя его до потери сознания и заставляя сломать очередной стол. И кто только додумался потчевать меня подобным?! Почему нельзя было приготовить птичку или рыбку? Поднос выпал из моих рук прямо на голову гному. Он даже замолчал от такой наглости, а камни, составляющие его диету, поставили работнику столовой фингалы сразу под три глаза. Воспользовавшись возникшей паузой в многообещающей речи Гатнира, я развернулась к работнику столовой, тоже желая высказаться.

Но так получилось, что мой хвост врезал в многострадальный нос стоящему рядом Рекосу. Тот взвыл и упал. А вот его поднос наоборот взлетел. Кости из миски рассыпались прямо перед Адой. Вампиресса вскочила, опрокинула свой поднос, облив завтрак Рекоса кровавой жидкостью. Журнал вылетел из ее рук, и Ада завизжала, возможно, даже громче меня. Стекла в окнах задрожали, а на последней ноте рассыпались мелкими осколками. Журнал неудачно приземлился на прикорнувшего рядом Эрика. Эльф вскочил и, схватив стул наперевес, заорал не своим голосом:

- Всем срочно нужно голосовать за равенство в Клеверной Ветви! - он явно не проснулся до конца.

После этой реплики, как ни странно, все кто находился в столовой, со всех своих конечностей рванули наружу не только через дверь, но и через окна. Расталкивая друг друга, пихаясь и роняя свои подносы, они явно спешили.

- Они все на голосование? - удивленно спросил у меня только поднявшийся Рекос.

- Да кто их разберет? - я пожала плечами.

Я задумчиво оглядела свою группу. Ада нервно обмахивалась салфеткой, стараясь не смотреть в сторону стола, за которым только что сидела. Рекос пытался отлепить от себя что-то, во что он вляпался, когда упал. Эрик снова уснул со стулом в обнимку. Гатнир кричал угрозы вслед удирающему через черный вход персоналу столовой. Я вздохнула и, ловко перепрыгнув через витрину, отправилась искать еду.

В разно-размерных кастрюлях обнаруживалось все что угодно и не угодно.

Но я совсем не была уверена, что мой желудок способен переварить что-нибудь из этого широкого ассортимента. Надо было оставить пирог, который прислал папа! Но Гатнира вчера было не остановить. Наконец, в не помню, какой по счету кастрюле, обнаружилось кое-что съедобное. Рыбный суп. Ням-ням.

- Эй! - крикнула я ребятам, хватая половник,- Я нашла еду!

Мы перетащили кастрюлю на единственный целый и одновременно с этим чистый стол.