Серая Дружина-3: Расколотый меч

Но она так оскорбилась, когда маньяк принял ее за женщину легкого поведения, что… ну, в общем, после этого его не нашли.

– А что твоя прабабка делала в Лондоне – можно спросить?

– Ха! Ясен кварц, жила, пока не встретила моего прадеда!

Я потрясла головой. Пытаться разобрать что-либо в генеалогии Веслава было делом неблагодарным. Зимой я как-то от нечего делать связалась со знакомым «ржавильщиком» (стихийником по металлу) из Темного Отдела и запросила на алхимика досье. В этом досье не было ничего: ни изначальной стихии, ни адреса, ни описания уровней ученичества, а что там было – так это примечания вроде «Осторожно! Крайне неуравновешен!» и длиннющее генеалогическое древо, берущее начало веке этак в одиннадцатом.

Из его просмотра я вынесла только одно: в формирование наследственных черт характера Веслава внесли свою лепту чуть ли не все самые темпераментные народы мира. В предках у алхимика значились кавказцы, французы, итальянцы и еще Свет знает кто, а получившийся в результате человеческий экземпляр был обозначен непонятным «алх. вр. / п. т.». «Алхимик вредный: пора топить!» – расшифровала я мысленно сейчас и захихикала себе под нос.

Даллара тем временем покончила с пораженным рассматриванием Йехара и едва слышно уронила серебристым голоском:

– Добро пожаловать. Мы рады, что ты вернулся.

И взглянула на нас, точнее, на Веслава, с легким недоумением.

– Равновесная Дружина?

Мы привыкли, что на нас реагируют как на команду неудачников, и не оскорбились.

Несмотря на то, что мы как раз были удачниками. Кому еще удалось в истории нарваться на Арку аж три раза за сознательную жизнь!

Но доминесса продолжила свою речь совсем не так, как предполагали мы.

– Хвала Богам, вы явились! – выдохнула она. – Мы ждали помощи от небес, но разве могли мы подумать, что явишься ты, Йехар, и с тобою Дружина?

В ее голосе было столько искренней, болезненной усталости, что Йехар встал в боевую стойку тут же.

– В наших краях происходит что-то…? – начал он с вопросительными интонациями.

Но тут судьба решила, что в нашу беседу пора влиться новым действующим лицам.

Лиц оказалось двое. Один из них, вельможного вида молодой человек, темноволосый, с серыми глазами, протолкался через стражу с поспешностью кондуктора в переполненном троллейбусе и занял пост рядом с Далларой. Причем, немедленно уставился с обожанием и взял доминессу под ручку.

– Ксахар, мой жених, – выдохнула та.