Серая Дружина-3: Расколотый меч

Пару минут он старательно выплевывал остатки воды. Йехар потер подбородок и добавил раздумчиво:

– Впрочем, это не о тебе, не так ли? Насколько я знаю, алхимики не способны любить.

         Веслав, который как раз полоскал горло коньяком, наградил рыцаря взглядом гадюки, которой с размаху прыгнули на хвост.

         Что-то странное происходит между этими двумя представителями сильного пола…

– Откуда ты знаешь, что это не просто легенда? – спросила я минут через пять, когда мы опять углубились в тень рощи.

         Было утро, а мы шли пешком. Поводырь пояснил, что мы и на лошадях вампиров не нагоним, потому что они – кочевое племя, наподобие цыган. Но кто-нибудь из кровососущей братии непременно обретается поблизости, так что, проблуждав какое-то время, мы на этого кого-нибудь  наткнемся.

– Я проверил это на себе, – негромко ответил Йехар. Он шел тяжело, и с каждым шагом на его плечи словно ложился дополнительный килограмм груза.

– Когда я шел ко дворцу, чтобы наняться в стражники, я заплутал в здешних местах и наткнулся на этот родник. Мне хотелось пить, я нагнулся и зачерпнул воды. Напившись, я обернулся и увидел девочку, которая стояла в нескольких шагах и смотрела на меня…

– Даллара, да? 

         Виола впервые подала голос. После вчерашнего приключения, когда она обнаружила себя на кухне, доедающей вторую пинту сливок (пантера все же не вполне поддавалась контролю), она был задумчива и только хмыкала поминутно.

– Позже у этого родника мы встречались с нею, – приглушенно ответил рыцарь. – Она говорила, что тогда сбежала от нянек, и ее привела туда сама судьба… а что из этого вышло – вы сами видите.

         Эдмус наклонил голову сначала в одну сторону, потом в другую, как бы ожидая, что Йехар сейчас начнет отрекаться от самого себя. В то, что рыцарь побежит убивать свою избранницу, как-то не верилось.

         Впрочем, разве он уже не отрекся? Разве не стал светлым странником, который никогда не может вернуться домой? Разве после выполнения нашей миссии – если мы ее выполним, конечно – он не будет опять светлым странником, вернется ли когда-нибудь в родной мир?

         Может, он поэтому медлил и оттягивал хоть какие-нибудь действия?

         За нашими спинами кто-то кашлянул.

Разумеется, никто из нас не обернулся.