Суета вокруг кота

- Она может, только  внешне фурия, а в душе любящая и ранимая. Ей, может, не власть нужна, а  тепло семейного очага и ласка супруга? - и колдун захохотал на всю залу.  - Ладно, с этим мы сейчас разберёмся. - Черномор взял в руки огромный  серебряный поднос и, не церемонясь, сбросил с него гору фруктов на пол.  Поднос сиял, словно зеркало. Наклонившись к сверкающей глади, карлик  что-то пошептал и в следующее мгновенье по серебру пошла мелкая рябь, а  после этого, вместо отражения, появилась лесная чаща и огромный чёрный  терем.

- Вот, значит, где обманутая тобой избранница живёт, - снова  хихикнул Черномор, - что ж, посмотрим, посмотрим...

Говорят, что мачеха Белоснежки была красивой женщиной, но когда  распахнулась дверь незнакомого дома, Черномор прям так и обомлел:  черноокая, белокожая, со смоляной косой до пояса, Морена смотрела в  светлеющее небо с открытой ненавистью в ожидании солнца. Она уже достала  серебряный серп, чтобы погасить светило, но внезапно, словно что-то  почуяла и спустилась на островок перед узкой речкой, прозванной  Калиновкой.

В той реке текла черная мертвая вода, и кто смел переходить  вброд текучую вязкую грязь, навсегда покидал мир живых.

- Красавица, - прошептал Черномор, - пожалуй, краше, чем Людмила... Да,  что там "пожалуй"! И впрямь краше... Эх, знойная женщина, мечта поэта...  Что ж тебе, собака, - тут он повернулся к Кощею, - надо было? Такая  чаровница... - и карлик даже губами причмокнул.

- Чую, надо к ней с  визитом отправляться. Сейчас колпак только возьму и бороду причешу...

С этими словами Черномор хлопнул в ладоши, и в зал сразу вбежал десяток  рабов с гребнями, ароматическими маслами и всякими другими  принадлежностями. Колдун вернулся на трон и позволил невольникам  заняться своей бородой, те благоговейно расчёсывали седины, умащали их  маслами и восторженно охали. Когда моцион был окончен, Черномор  облачился в шикарный чёрный кафтан, расшитый золотом и драгоценными  камнями, обул чёрные сафьяновые сапоги на каблуках и, удовлетворённо  крякнув, уставился в зеркало.

- Хорош... - пробормотал он и засеменил в свои покои. Через пару  мгновений послушные рабы вынесли из комнат повелителя огромный чёрный  ковёр-самолёт и, расстелив его на полу, с тем же почтительным  благоговением устроили на нём своего властелина, обложив его со всех  сторон подушками.