Мистическая Сага - 1. Дар.

- И никакого бельма нет и в помине! Как такое возможно?!»

- На! Пыши адрес! Бо забудэшь! - буркнула Шептунка, снова становясь собой - страшной одноглазой старухой.

И подвинула к краю стола тетрадный листок с карандашом. Откуда он взялся? Ведь не было.

Полина Степановна, подбежав и поставив банку, записала продиктованный адрес.

- И в хату до сэбэ смило зараз иды! - вздохнула старуха. - Нэ тронут тэбэ эти... ужасти! Не ты им нужна. Да и я не позволю, - пообещала она.

Полина Степановна, радостно спрятав листок, полезла в карман за деньгами.

Но Бондарчиха так на неё зыркнула, что, не помня себя и даже не попрощавшись, она вылетела за двери. Хорошо, банку прихватила.

Так Полина Степановна и вернулась домой с этой банкой. А там поставила её в кухне на самом виду. Как привет от Шептунки. Пусть нечисть знает, чтоБондарчиха не позволит им тут куролесить и разных монахов с плитами на неё насылать! Она ей обещала!

А Лару Полина Степановна предупредит. Пусть она пока в общаге поживёт. А то её «ужасти шукають».

Часть 2

8. Потолочные разборки

Что на чердаке творилось - просто ужас и кошмар!

Крику-то, шуму-то, визгу-то! И доносилось из той самой хаты, в которую недавно вселилась пенсионерка с внучкой - Полина Степановна и Лара. Хорошо хоть, что она в это время ошивалась под дверью у Шептунки, а то б, небось, её с испуга б инфаркет хватанул.

Люди, проходя по улице мимо, даже приостанавливались. Но решив, что это коты дерутся на крыше дома или в чердаке, шли дальше. Впрочем, судя по децибелам, это были, скорее, не коты, а целые тигры.

Но откуда ж здесь взяться тиграм?

Похоже, что это воевали Михалап и Полуночница - кому ж ещё на чердаке так мяукать и рычать? Но, даже заглянув туда, утверждать это точно не было возможности. Потому что чердак был заполнен сизым и густым непроглядным туманом. Как потом оказалось - домовой напустил его. Из-за неконтролируемого гнева и злобы. Однако звуки выдавали его местонахождения - мощный рык шёл из угла чердака, где висела огромная тёмная клякса.

В макушке кляксы горели, как бы, две фары, исходящие жёлтыми мутными лучами, прорезающими туман. Была тут и Полуночница - как стало ясно чуть позже. Но она вымахала до таких размеров, что достигала усатой башкой аж до конька крыши. Её глаза, размером с миску, неистово горели прожекторами. И зелёные лучи от них, пробиваясь сквозь туман, казалось, вот-вот прожгут в крыше дырки. И могло бы показаться, что это злой тролль, а не Полуночница.