Любители варенья

Крюкин с любопытством смотрел в окно и думал, примет его тетка Варя или даже калитку не откроет. Своим угрюмым нравом она очень отличалась от всех родственников, которых когда-то было много, но порода почему-то оказалась не из живучих, и вся родня вымерла за последние лет десять, словно их поразила чума. Даже молодые – двоюродный брат Сенька угодил под трактор, уснув спьяну в поле, троюродный брат Петр упал со скалы в Гурзуфе, опять же по пьяни. Сестра Женя в свои сорок умерла от рака груди, оставив двух ребятишек, которых забрали в детдом, потому что ее муж уже несколько лет как срывался от алиментов, и его поиски не дали никаких результатов.

Все эти похоронные новости в своих редких письмах Крюкину сообщала его тетка Варя, единственная родственница, которую он считал близкой родней.

Автобус остановился на перекрестке улиц Павлова и Ленина и нужно было пройти почти всю улицу Ленина. Вот эти места Крюкин уже начал вспоминать, потому что когда-то бегал здесь еще мальчишкой. Он шел не спеша, рюкзачок в такт его шагам подпрыгивал за спиной.

Надо было бы тетке какой-нибудь подарок купить, задобрить ее, запоздало подумал он, но потом решил, что лучше даст ей сколько-нибудь денег, посмотрит по обстоятельствам. А то ведь неизвестно, как она его примет. Что ж зря тратиться?

За невысоким забором он услышал собачье тявканье и увидел пацана лет пятнадцати. Тот нашел себе забаву, и она Крюкину совсем не понравилась.

– Слышь, пацан, – обратился Крюкин к подростку, который с тоскующим видом пинал ногой мяч, пытаясь попасть в собачью конуру, как в футбольные ворота.

Изнутри раздавался жалобный визг. – Ты зачем пса мучаешь?

– Мой пес, хочу и мучаю, – огрызнулся парень, но на чужой голос все-таки оглянулся. – Шел бы ты, дядя, своей дорогой.

– Ща пойду, – пообещал Крюкин и, нагнувшись, поднял камень. – Спорим, с одного раза тебе башку проломлю?

– Да ты что, дядя! – тут же юркнул за дерево парень.

– Я те дам дядю! Попробуй еще раз собаку тронь, увижу – мозги вышибу.

Парень бросился в дом, Крюкин постоял с минуту, но тот не выходил. Из будки вылезла собака – жалкая, худющая, вся шерсть в репьях…

– Что ж у тебя хозяин за сука! – в сердцах воскликнул Крюкин. Из дома никто не выходил, значит, взрослых нет. Иначе этот ублюдок пожаловался бы, что какой-то прохожий пообещал проломить ему голову. Недолго думая, Крюкин запустил камень в окно, и стекло разлетелось вдребезги. Но даже после этого урод не появился.